ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ Все новости

ещё темысвернуть

Год COVID-ной реальности

“Годом политических шоков” назвали политологи 2019 год, подводя его итоги. 2019-й в молдавской политике действительно запомнился целым рядом событий, ещё в начале года казавшихся просто невозможными – демонтаж “режима” Владимира Плахотнюка, которого в зарубежной прессе называли не иначе как “хозяином Молдовы”, создание лево-правой коалиции ПСРМ-блок ACUM, победа на местных выборах в Кишинёве кандидата от левой партии.

Но это эксперты ещё не знали, каким шокирующим – как в глобальном, так и местном масштабе – станет наступающий 2020 год. Если в начале года ещё ничего не предвещало, что ситуация будет развиваться по самому экстремальному сценарию, а новости из китайского Уханя о растущей эпидемии неизвестного коронавируса казалась чем-то далёким и не особо существенным, то уже в марте Молдове пришлось столкнуться с совершенно новой эпидемиологической и экономической реальностью.

Впрочем, на молдавской политике COVID-ная реальность-2020 сказалась лишь отчасти. Пандемия коронавируса и растущее число заболеваний не помешали провести парламентские довыборы в Хынчештах в марте, президентские - в ноябре, а также вывести сельхозпроизводителей на протест в конце года.

Плахотнюк. Satisfaction

В новый 2020 год Республика Молдова вошла с миноритарным правительством, без парламентского большинства и, как оказалось, настойчивым желанием беглых олигархов восстановить свой контроль над политическими процессами в стране.


19 февраля шесть депутатов парламента во главе с Андрианом Канду объявили о выходе из Демократической партии и создании независимой парламентской группы под названием Pro Moldova. В экспертном сообществе тут же решили, что это было решение, запланированное и согласованное с предпринимателем Владимиром Плахотнюком, который хоть и потерял свои политические позиции в стране, но продолжает через своих ближайших сподвижников держать руку на пульсе молдавской политики и, скорее всего, приступил к реализации своего предвыборного политического сценария.

Так, собственно, и произошло. Уже через несколько недель после выхода из ДПМ “шестёрка Канду” объявила о создании новой партии, начала сбор подписей для её регистрации, перетянула на свою сторону несколько примаров, местных советников и ряд территориальных организаций ДПМ в Резинском, Дондюшанском и Сынжерейском районах, а потом приступила к планомерному разваливанию своей бывшей парламентской фракции.

К июлю в законодательном органе насчитывалось уже 17 депутатов-перебежчиков (все – из фракции ДПМ), большинство из которых примкнули к группе Pro Moldova. Суммы их политического “прозрения” назывались разные – от 400-500 тыс. евро до пары миллионов. В конце мая в интервью телеканалу TV8 бизнесмен Вячеслав Платон назвал имена щедрых “спонсоров”. По его словам, депутатов-перебежчиков в молдавском парламенте покупает бывший лидер ДПМ Владимир Плахотнюк, находящийся в бегах. “Если раньше он просто орал, то теперь депутатов покупают за 500 тыс. евро. Этим занимаются Канду и Чеботарь. Это целая корпорация, которая занимается покупкой депутатов, с мозговым центром в Майами и Тель-Авиве”, - утверждал предприниматель.

18-м политическим туристом должен был стать депутат-социалист Штефан Гацкан, положив, тем самым, начало развала и фракции ПСРМ. 30 июня он объявил о своём разочаровании в Партии социалистов и переходе в депутатскую группу Pro Moldova (как утверждалось, за 1,2 млн евро).

Пока группа Канду и “шоровцы” разваливали Демократическую партию и её фракцию, социалисты особо не реагировали. Неприятно, конечно, остаться без союзников и парламентского большинства, но это внутренние разборки демократов – бывших и нынешних. Однако в случае со Штефаном Гацканом Pro Moldova перешла “красную черту”, начав хозяйничать в вотчине социалистов, а этого ПСРМ допустить никак не могла. Уже на следующий день, 1 июля, ситуация кардинально изменилась: Штефан Гацкан объявил о решении отказаться от депутатского мандата, чтобы полностью посвятить себя медицине (правда, потом передумал и остался во фракции ПСРМ).

Представители Pro Moldova настаивали, что на Гацкана было оказано давление - он был похищен, избит, его заставили подписать заявление об отставке, “четыре часа назад его насильно привезли из парламента к президенту” и т. д. Депутаты Pro Moldova в спешном порядке обратились в Конституционный суд для разъяснения: можно ли народного избранника заставить сложить полномочия, если он покидает фракцию, и можно ли считать действительным документ об отставке, если есть подозрение, что на парламентария оказывалось давление. Политические комментаторы предположили, что таким образом Pro Moldova пытается отбить сделанную “инвестицию” и с помощью КС хочет обезопасить свои будущие “вклады”, если они будут иметь место.

Так или иначе, но жёсткий отпор социалистов и неудача со Штефаном Гацканом отбила у Pro Moldova желание и далее заниматься скупкой народных избранников. Другой неудачей раскольников стал провал их политической “легализации”: парламентские фракции Платформы DA и PAS не захотели заключать пакт с группой Канду, чтобы в конце весенне-летней сессии отправить в отставку правительство Иона Кику. Ну а слабый результат, показанный Андрианом Канду на президентских выборах (3,26%) фактически поставил окончательный крест на политических перспективах партии Pro Moldova и её превращении в заметную политическую силу.

В итоге к концу 2020 года разваливаться начала уже парламентская группа Pro Moldova. В октябре её ряды покинули сначала четыре депутата (Сергей Сырбу, Руксанда Главан, Григорий Репещук, Элеонора Граур), потом ещё несколько (Корнелиу Падневич, Елена Бакалу). Политического реванша не получилось. Деньги были потрачены зря.

ПСРМ-ДПМ: брак на восемь месяцев

Весной 2020 года изрядно поредевшая Демократическая партия вернулась во власть.

О том, что к весне 2020-го ДПМ вернётся к управлению страной, в экспертных кругах стали говорить ещё после отставки правительства Майи Санду и распада коалиции ПСРМ-блок ACUM. Вопрос был в том, с кем именно сформируют демократы новое парламентское большинство. Например, предполагалось, что к весне-2020 США продавят в Молдове правящее большинство ДПМ-PAS-Платформа DA и, может быть, партия “Шор”. Однако демократы в итоге решили скооперироваться с Партией социалистов. 16 марта лидеры ПСРМ и ДПМ Зинаида Гречаная и Павел Филип подписали соглашение о создании правящей коалиции под названием “Социал-демократическая платформа “За Молдову”. В переформатированном правительстве Иона Кику демократы получили 5 министерских постов.

Оппозиция тогда прогнозировала, что коалиция ПСРМ-ДПМ просуществует недолго, потому что “в рядах демократов далеко не все депутаты рады этому союзу. Да и не все социалисты счастливы ставить свои автографы рядом с Никифорчуком и Андронаки” (Александр Слусарь, Платформа DA). Тем не менее, надеяться на одни только “центробежные силы” внутри нового коалиционного образования оппозиция не стала, активно пытаясь придать им ускорение посредством развала фракции ДПМ через подкуп её депутатов.

В свою очередь эксперты тогда говорили, что платформа “За Молдову” просуществует как минимум до президентских выборов, которые состоятся осенью. Для этого – обеспечения политической стабильности до президентских выборов – она, собственно, и создавалась. Так, в общем-то и произошло, хотя первый кризис в отношениях демократов и социалистов произошёл довольно-таки быстро – в мае. Тогда фракция ДПМ заседала почти шесть часов. Инсайдеры сообщали, что обстановка в зале накалена, и что фракция разделилась на две идейные группы. Одна настаивала на выходе Демократической партии из правительства и разрыве коалиционных соглашений, другая считала, что нужно остаться у власти, не допустить проведения досрочных парламентских выборов, но в то же время активизировать усилия.

В итоге демократы решили остаться. Коалиция ПСРМ-ДПМ просуществовала почти до второго тура президентских выборов. 9 ноября Демократическая партия отозвала делегированных ею министров с занимаемых должностей. Некоторые политические комментаторы считают, что это произошло не без активного содействия посольства США в Республике Молдова. Сейчас ДПМ в основном выступает в связке с PAS и Платформой DA (подписи депутатов от Демпартии, например, фигурируют под недавним вотумом недоверия правительству Иона Кику) и не прочь вернуться в исполнительную власть. Как заявил недавно лидер ДПМ Павел Филип, необходимо создать правительство национального единства, в которое войдут все партии у власти, а досрочные парламентские выборы отложить на осень 2021 года.

“Неубиваемое” правительство Кику

Отправить в отставку правительство Иона Кику парламентская оппозиция пыталась весь 2020 год. Ещё в марте, когда стоял вопрос “С кем сформируют демократы новое парламентское большинство?”, утверждалось, что если будет создана правящая платформа PAS-ДПМ-DA, одним из её первых шагов станет отставка правительства Кику. Но демократы тогда предпочли “протянуть руку помощи в этот сложный период” (это слова председателя ДПМ Павла Филипа) социалистам.

Тем не менее активная оппозиция не теряла надежды сделать ненавистное правительство достоянием истории. Особенно после того, как 1 апреля кабинет министров принял под свою ответственность пакет т.н. атикризисных мер. Обратившиеся в Конституционный суд депутаты от PAS, Платформы DA, партии “Шор” и депутатской группы Pro Moldova посчитали ряд положений данного пакета “подозрительными”. Вопросы, в частности, вызвали поправки, касающиеся сборов за добычу полезных ископаемых, работы магазинов duty free и продажи табачных изделий. Вице-председатель Платформы DA Александр Слусарь тогда заявил, что “генератор гражданского конфликта” Ион Кику обязан уйти в отставку сразу же после преодоления пандемического кризиса. А эксперты говорили, что отставка правительства может стать одним из основных лозунгов посткризисных предвыборных протестов оппозиции (тогда все были уверены, что история с эпидемией коронавируса закончится летом).

После того, как 15 мая закончился введенный 17 марта режим чрезвычайного положения в связи с эпидемией COVID-19, оппозиционные партии активизировали свои усилия по отставке правительства Иона Кику. Платформа DA подготовила проект вотума недоверия действующему кабмину ещё в начале мая, однако зарегистрировать документ удалось только в середине июля. Всё это время оппозиция пыталась обеспечить себе депутатское большинство, чтобы не только избавиться от правительства Кику, но и быстро сформировать новый кабинет министров, возглавить который вызвался председатель Платформы “Достоинство и правда” Андрей Нэстасе.

Обеспечением необходимого большинства занималась депутатская группа Андриана Канду, которая активно переманивала коллег у фракции ДПМ. Но политические комментаторы в успех этого предприятия не верили. “Свалить правительство общими усилиями можно, а вот назначить новое правительство общими усилиями – мне кажется неподъемной задачей для нынешней парламентской оппозиции”, - заявил политический аналитик Игорь Боцан.

Причин “неподъемности” было несколько. Прежде всего, политический имидж. Создавать правящую коалицию с депутатской группой Pro Moldova и партией “Шор”, за которыми тянулся шлейф отношений с беглыми олигархами, да ещё и накануне президентских выборов, для PAS и Платформы DA было как-то не с руки.

Самым оптимальным вариантом для PAS и DA было бы формирование коалиции с “очистившейся” ДПМ. Ну и, может быть, группой Канду “на определенных условиях ради страны”, потому что голосов одних только демократов было недостаточно. Но в ДПМ тогда закрыли дискуссии по данному вопросу, заявив, что не будут голосовать за отставку правительства и участвовать в формировании нового.

В итоге к концу весенне-летней сессии парламентской оппозиции так и не удалось обеспечить себе необходимый минимум в 51 голос, а время поджимало – парламент собирался уходить на каникулы. Поэтому пришлось спешно регистрировать проект вотума недоверия. Ударного аккорда, как и ожидалось, не получилось: весенне-летняя сессия-2020 закончилась громко, со скандалом, потасовкой с сотрудниками Службы госохраны, призывом к послу США в Молдове Дереку Хогану “прийти и помочь нам, потому что нас здесь агрессируют”, однако правительство Иона Кику устояло. Оппозиция смогла найти лишь 46 голосов при необходимом минимуме в 51 голос.

Второй в этом году вотум недоверия правительству Кику был зарегистрирован 16 декабря. Его подписали 34 депутата – от PAS, Платформы DA и ДПМ. Зачитывая текст вотума с парламентской трибуны, председатель фракции партии “Действие и солидарность” Игорь Гросу заявил, что “правительство Кику проиграло борьбу с пандемией с самого начала”, что оно “не оказало реальной поддержки экономике”, что если это правительство останется, то “государственные служащие и пенсионеры рискуют остаться без пенсий и заработной платы в ближайшее время”. В общем, сказал он, “чтобы избежать экономического и социального коллапса Республики Молдова, крайне важно, чтобы это правительство ушло как можно скорее”.

Правительство мнение оппозиции учло и не стало дожидаться голосования вотума в парламенте. Закрыв финансовый год принятием бюджетных документов, 23 декабря премьер-министр Ион Кику на специальном брифинге заявил об отставке своей команды, чтобы вызвать роспуск парламента и досрочные парламентские выборы. Но всё равно не угодил своим решением оппозиционным партиям.

На объявление Иона Кику соратники Майи Санду отреагировали крайне эмоционально, назвав его “диверсией”. В партии “Действие и солидарность”, конечно, добивались отставки действующего кабмина, но не таким образом, как это сделал премьер-министр, заявивший, что исполнять обязанности он, а также ключевые министры его правительства – здравоохранения, финансов и экономики – будут только до 31 декабря 2020 года. А там пусть президент с парламентом решают, как и в какой форме страна будет управляться до досрочных парламентских выборов.

В итоге весь предвыборный сценарий PAS - “теоретически правительство Иона Кику находится в отставке, а практически продолжает решать текущие проблемы и бороться с коронавирусом, недовольными фермерами, снижением экспортных потоков, бюджетных поступлений и т.д., одновременно выступая в роли громоотвода, а президент Майя Санду в это время ездит по заграницам, привлекает в страну средства и наращивает перед досрочными выборами свой рейтинг и рейтинг своей партии” - оказался под угрозой.

Как показали недавние консультации главы государства с представителями парламентских фракций, брать на себя ответственность за управление в условиях кризиса исполнительной власти, Майя Санду и её бывшая партия пока не решаются. Но придётся. Как напомнил политолог Богдан Цырдя, ссылаясь на постановление Конституционного суда №23 от 6 августа 2020 года (принятого, кстати, после обращения депутатов от оппозиции, “воевавших” тогда с президентом Додоном), даже если нет парламентского большинства, президент обязан выдвинуть кандидатуру премьер-министра. В случае отказа его могут отстранить от должности.

Гендерный прорыв на президентских выборах

1 ноября 2020 года в Молдове состоялся первый тур президентских выборов. За кресло главы государства боролось 8 кандидатов, трое из которых (Игорь Додон, Майя Санду и Андрей Нэстасе) участвовали в предвыборном забеге и в 2016 году.

Несмотря на разнообразие и обилие претендентов, как и четыре года назад все опросы называли фаворитами президентской гонки действующего главу государства Додона и лидера партии “Действие и солидарность” Санду. В 2016 году фортуна была на стороне Игоря Додона, обошедшего свою соперницу более чем на 4%.

В первом туре (1 ноября) победила Майя Санду с результатом 36,16% против 32,61% у Игоря Додона. Политологи назвали результаты первого тура “эффектом диаспоры”: мало кто ожидал, что он сработает уже на начальной стадии голосования, обычно наши сограждане за рубежом проявляют активность ко второму туру. А 1 ноября к моменту закрытия всех зарубежных избирательных участков уже проголосовало более 149 тыс. молдаван, что стало абсолютным рекордом.

Второй тур (15 ноября) только увеличил разрыв между основными кандидатами. Майя Санду выиграла его с большим отрывом, обойдя Игоря Додона на 15,5%. И хотя молдавское зарубежье в очередной раз побило все рекорды (на этот раз на избирательные участки вышло более 262 тыс. молдавских мигрантов, что было более чем на 100 тыс. избирателей больше, чем проголосовало в первом туре 1 ноября), “эффектом диаспоры” результаты второго тура уже было назвать трудно. Майя Санду выиграла не только за рубежом, но и внутри страны. Политологи объяснили её победу протестным голосованием.

Таким образом, 15 ноября 2020 года в Республике Молдова случился гендерный прорыв. Впервые почти за 30 лет независимости президентом страны стала женщина. 24 декабря Майя Санду принесла присягу на верность стране и народу, и вступила в президентскую должность. Она пообещала быть “честным, неподкупным, скромным и справедливым президентом”, президентом, “который всегда будет говорить правду”, “президентом европейской интеграции, который вытащит страну из международной изоляции и повернет ее лицом к иностранным партнёрам”.

“Выводить Молдову из международной изоляции”, естественно, в своём видении, Майя Санду начала уже через несколько дней после инаугурации. 29 декабря в Кишинёв с первым за последние пять лет официальным визитом прибыл президент Румынии. Клаус Йоханнис пообещал предоставить Молдове 200 тыс. доз вакцины от коронавируса, 6 тыс. тонн дизтоплива для сельхозпроизводителей и 250 тыс. евро на поддержку молдавского гражданского общества и СМИ.

Вандализм в парламенте. Исполняется впервые

К концу 2020 года парламент вновь стал основной ареной политических столкновений.

В молдавском законодательном органе и раньше происходили стычки и потасовки между депутатами, блокировалась центральная трибуна. Парламентские “старожилы” до сих пор вспоминают, как оппозиционный депутат Валентина Кушнир выкуривала злых духов из председателя парламента Мариана Лупу. Более “свежие журналисты”, аккредитованные в законодательном органе, могут вспомнить, как летом этого года оппозиция “вступила в схватку” с сотрудниками Службы госохраны, пытаясь провести прессу в зал заседаний. И как депутат от партии “Шор” Марина Таубер экспрессивно кричала на камеру своего телефона, снимая “видеорепортажи” из парламента. Однако в вандализме депутаты молдавского парламента до сих пор замечены не были. До 3 декабря 2020 года.

Пресса иронично назвала это пленарное заседание “одним из самых динамичных”. Категорически не согласные с рядом принимаемых в этот день законов, среди которых был проект бюджетно-налоговой политики, государственный и другие бюджеты на 2021 год, депутаты от PAS и Платформы DA пошли врукопашную на коллег из большинства. Главным действующим лицом небольшого погрома, устроенного оппозицией, стал председатель фракции партии “Действие и солидарность” Игорь Гросу, швырявшийся мониторами, сломавший несколько микрофонов и обливший коллег, а заодно и технику, водой из стеклянного кувшина.

Ущерб, причинённый устроившими потасовку депутатами, был оценен в более чем 60 тыс. леев. Председатель парламента Зинаида Гречаная потребовала провести внутренне расследование и выявить виновных. Впрочем, на многочисленных видеосъемках, фактически ставших хитом в соцсетях в этот день, было хорошо видно, кто что вырывал, и кто чем поливал.

Как заявил потом генсек парламента Адриан Албу, некоторое испорченное имущество восстановлению не подлежит. “Согласно предварительной оценке, у нас есть полностью сломанные изделия на сумму более 16 тыс. леев и частично поврежденные на сумму более 46 тыс. леев, что означает, что они всё еще работают, но окислены и скоро могут перестать действовать. Ориентировочно общая стоимость поломок составляет 50-60 тыс. леев”, - отчитался парламентский чиновник.

Руководство законодательного органа дало понять, что скорее всего убытки будут возмещены за счёт зарплат народных избранников, которые будут признаны виновными в нанесении ущерба парламентскому имуществу.

А буквально через неделю в плане вандализма “отличились” фермеры, направившие свои трактора на штурм пустого парламента. Результатом этого “жеста отчаяния” (так объяснили свои действия сами протестующие) стали раскуроченные клумбы у законодательного органа. Примечательно, что аппетиты бунтующих аграриев уже не ограничиваются лишь “финансовой поддержкой, в которой мы нуждаемся”, теперь фермеры хотят себе памятник на площади Великого национального собрания. И ну и что, что страна переживает пандемический и экономический кризисы, которые вроде как вынудили сельхозпроизводителей ввести свои трактора в столицу, жалуясь на своё бедственное положение?

Какие “шоки” нас ожидают в 2021 году?

Если исходить из происходивших в последние дни уходящего 2020 года политических событий, очевидно, что новый, 2021 год, лёгким тоже не будет. Если в 2020 год Республика Молдова входила с миноритарным, но работающим правительством, то в 2021-й – с неработоспособным.

По прогнозам международных экспертов, в 2021 году хоть мир и возьмёт COVID-19 под контроль и частично вернёт привычный образ жизни, но по всем сценариям окончания пандемии не стоит ждать раньше второго квартала 2021 года. Если мутирующий коронавирус, конечно, не преподнесет очередных сюрпризов. Так что в новом году Республику Молдова ждёт продолжение COVID-ной реальности и сопутствующих ей социально-экономических проблем.

Всё это будет сопровождаться обострением политической борьбы на протяжении всего года, потому что досрочные парламентские выборы, по всей вероятности, пройдут осенью 2021 года. Так что методы “шоковой терапии” от наших политиков всем нам стоит ожидать и в наступающем году. Скучно точно не будет.

Ксения Флоря

Подпишитесь на нас в Telegram, если хотите знать больше

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter


Ещё
load