ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ Все новости

ЕЩЁ темысвернуть

Кто остановит «Безумного Макса»?

Сейчас, когда все мы переживаем колоссальный физический и психологический стресс, совсем по- иному представляется наш мир, наша культура, наша цивилизация. Относится это и к общественной жизни, и к искусству, и к средствам массовой информации. То есть ко всему тому, что отражает нашу жизнь и реальность в культурном, социально-этическом, эстетическом плане.

Вывести в ноль

То, что кинорежиссёрам казалось постмодернистской шуткой, стёбом, сарказмом, то, что вчера было безобидным экранным ужастиком, на фоне последних событий проявляется и осознается совсем в ином свете. Сейчас вполне очевидно, что по инструкциям мировой элиты кинематограф, телевидение, интернет давно использовали свои средства для ломки сознания огромных масс людей, для запугивания человека, для разрушения традиционных социальных и культурных матриц.

Цель была - не только разрушить традиции, духовность и культуру старого мира, но и низвести человека до уровня примитивного существа, этакого неандертальца с айфоном. Низвести и закрепить этот психологический и социальный тип. Все это произошло не вдруг. Уже десятки лет определенные интеллектуальные центры, псевдоинтеллектуальные клубы и закрытые общества вели этот эксперимент над человеком, и, надо сказать, довольно преуспели в этом направлении. Социальная, психологическая, культурная деградация человека достигла в нашем сумасшедшем веке своего апогея. Гарвардский проект, Тавистокский проект, работы Римского клуба и Франкфуртской школы изрядно поднаторели в плане разработки механизмов деградации общества и человека.

В этой связи можно предположить, что в будущем человека планируют окончательно обнулить, лишив основных прав: свободы слова, личности, совести, собраний, превратив гражданскую активную единицу общества в простой индивидуум, лишенный юридических прав и социальных возможностей. Но, что бы оправдать свои действия, человека вначале девальвировали и деградировали, ибо «мировая закулиса» управляет обществом ценой понижения интеллектуального и духовного уровня человека.


Подлинные черты человеческого сегодня остались лишь у тех народов, которых обогнала история или которые вышли из исторического становления. Этот арьергард человечества, не затронутый духовным и культурным псевдо прогрессом, сохраняет истинные добродетели и традиции. Только остатки традиционных и архаических обществ сегодня реально живы. Об этом писал еще Мирча Элиаде. Современный же человек, обнуленный и заново смоделированный в закрытых интеллектуальных структурах мирового правительства, становится носителем истинного сатанизма и псевдо прогресса. Великий румынский философ Эмиль Чоран, друг и соратник Элиаде, в этой связи писал: «Любой шаг вперед, любая форма динамизма содержит что-то сатанинское: «прогресс»- это современный синоним грехопадения, мировая версия проклятия».

Еще два века назад, когда революционерам и бомбистам из ультра левых и анархических организаций понадобился человеческий ресурс, мировое подполье начало готовить из человека субверсивный подрывной материал. Разные формы нигилизма начали насаждать в человеческом сознании, и хоть традиционные религии боролись с этим движением, оно победило мир традиции. Еще Фридрих Ницше писал о трагической фазе нигилизма. Для него это было началом «нищеты человека, лишенного бога». Но он и сам, своими трудами насаждал в массах подобный социальный дебилизм. Ему вторил французский философ-экзистенциалист Жан-Поль Сартр, который боролся с миром традиции и Бога как мог, и говорил, что даже если Бог есть, это ничего не меняет. То же самое говорил Кириллов – персонаж романа Достоевского «Бесы», поражая современников своими сентенциями о том, что человек выдумал Бога, ибо это позволяет ему легче жить.

«С кем вы, мастера культуры?»

Начали с отрицания Бога, закончили социальной шизофренией, которая поразила человечество в ХХ веке. Декаданс и нигилизм перевернули мир Европы и Америки. Увы, писательский мир также внес свой посильный вклад в этот процесс разрушения общества и человека. Было время, когда меценаты спонсировали только таких вот деструктивных писателей и поэтов. Показателен пример французского поэта Артюра Рембо, который в своём бунте против человечества перешел к нигилистическим произведениям, а затем и отказом от собственного гения. Его соотечественник, поэт граф де Лотреамон начал прославление зла, ужаса, хаотической стихийности в бытие человека. Герой его стихов Мальдорор говорит: « Я принял жизнь как рану и воспретил себе самоубийством исцелить ее». Вначале этот маргинальный характер мышления и рефлексии распространялся только на представителей творческой элиты. Но со временем он стал затрагивать более широкие массы населения.

А вершиной этих «поэтических исканий» стал дадаизм, который дошел до крайних форм нигилизма. Он отверг все ранее существовавшие идеалы, категории искусства, утвердив переход к хаотическим формам творчества и жизни, отвергнув рациональность, и утвердив царство абсурда. Этот апогей провозглашения бессмыслицы и бесцельности стал символом для многих поколений европейцев в ХХ веке.

Продолжил эти подрывные усилия сюрреализм, фактически ставший орудием самоубийства европейской культуры. Итогом стало заявление молодого писателя Андре Бретона, который заявил, что самым простым сюрреалистическим актом было бы выйти на улицу и застрелить случайного прохожего.

Немецкое движение Halbstarken (хулиганы) и английское Teddy boys (пижоны) перешло к откровенному вандализму и обозначило себя как «поколение руин». Так готовился современный миропорядок. Мир, где духовный и культурный лик человека перестал иметь существенное значение. Маргинализация общества, обозначенная философами Франкфуртской школы, достигла своего апогея и началась подготовка к мировой маргинальной революции люмпенов. Левые философские школы и политические движения подлили масло в этот огонь. Революционерка Александра Коллонтай призывала к массовому нигилизму и нудизму. Троцкий намерен был вводить трудовые лагеря, где в разных камерах жили бы мужчины и женщины, и раз в неделю сводить их на соитие. Правда, до реального воплощения этих планов дело не дошло. Видимо, русские большевики сами устрашились того, во что может превратиться человек, и повернули в обратную сторону – на укрепление традиционной семьи.

Три М на знамени: «Маркс, Мао, Маркузе»

А вот на западе усилиями интеллектуалов, творческой элиты, философы и революционеров подрыв устоев старого мира продолжался. Если Маркс криминализировал капиталистов, то Франкфуртская школа криминализировала средний класс. А по сути, произошла массовая криминализация всего общества, его сознания и образа мышления. Ученые Франкфуртской школы, такие как Макс Хоркхаймер и Теодор Адорно развивали теории управления обществом ценной понижения его интеллектуального и духовного уровня. Им на смену вскоре пришел со своими трудами философ и теоретик Герберт Маркузе, провозгласивший приближение мировой культурной революции. Одновременно он нашел новый социальный движущий элемент для этой революции. Патрик Бьюкенен, американский политолог, в своей работе «Смерть Запада» писал: «По мнению Маркузе, кандидатов несколько: радикальные молодежные группировки, феминистки, черные, гомосексуалисты, маргиналы, революционеры из стран третьего мира ипрочие "жертвы" Запада. Таков новый пролетариат, которому предстоит свергнуть западную культуру. Помнится, уже Грамши включал маргинальные группы населения в число потенциальных участников революции: "имеются в виду не только угнетенные экономически, но также женщины, этнические меньшинства и многие преступники". Чарльз Райх вторит Грамши и Маркузе: "Один из способов ощутить себя чужим в старом обществе - это примкнуть к черным, к беднякам, к Бонни и Клайду, ко всем неудачникам этого мира". По случайному совпадению обстоятельств, в 1968 году на премию "Оскар" был номинирован фильм "Бонни и Клайд" - романтизированная история двух убийц, "неудачников" в терминологии Райха,- а Сирхан Сирхан и Джеймс Эрл Джонс обрели бессмертие через убийства Роберта Кеннеди и Мартина Лютера Кинга. В прошлом общественные устои подрывались словами и книгами, но Маркузе был уверен, что секс и наркотики - оружие куда более действенное. В книге "Эрос и цивилизация" он выдвинул знаменитый "принцип удовольствия". Отринь прежний порядок и прежнюю культуру, предложил Маркузе (так называемое "великое отрицание") - и тогда мы сможем создать мир "полиморфной перверсии". Когда в кампусы хлынули миллионы бэби-буммеров, час Маркузе настал. Студенты буквально проглатывали его книги, сам он превратился в культовую фигуру. Во время парижского восстания 1968 года студенты несли транспаранты с надписью: "Маркс, Мао и Маркузе"».

Всему этому вторили писатели типа Генри Миллера, который несколько ранее писал: «С самого начала я не знал ничего, кроме хаоса, который обволакивал меня подобно потоку, который я вдыхал своими легкими».

Чем дальше, тем больше в ХХ веке в мир проникали многие новые мифы и мифологемы, которые стали ставить новые ложные идеалы перед обществом и в первую очередь перед молодым поколением. Известный уже нам философ Маркузе придал этим настроениям более жесткие футурологические рамки. В своем произведении "Плотоядное общество" он рассуждал следующим образом: "Можно и нужно говорить о культурной революции, поскольку протест направлен против культурного истеблишмента в целом... Это очевидно и не требует доказательств. Традиционное представление о революции и традиционная революционная стратегия остались в прошлом. Они устарели... Мы должны совершить размонтирование существующей системы".

Если отнять веру

И что в итоге? Эти философские нигилисты и подрывные политики добились своего! К концу ХХ века они фактически построили то общество, к которому стремились. И сегодня, когда, вследствие пандемии коронавируса человек подошел к порогу, за которым неизвестность и экзистенциальный ужас грядущего бытия, сформированные этими философами социальные и культурные мифы продолжают разрушать и пугать человечество.

Разрушенная новыми мифами и культурными нигилистическими идеалами среда, параллельно вирусу, охватившему человечество, продолжает подрывать наш мир и наше сознание. Сейчас, когда в мире идет борьба за спасение человечества, стоит включить телевизор или интернет, как мы сталкиваемся с проявлениями программы нигилизации, деформации, деградации человека и общества, с насаждение ужаса и хаоса в сознании людей.

Вчера фильмы ужасов, созданные во многих странах Запада, Японии и США, так не пугали человека. Вчера хаотизация сознания и запугивание человека не рассматривалось так критично, но сегодня это параллельный деструктивный мир культуры, запугивающий человека и искажающий наше сознание. Голливуд забросал мир сотнями кино катастроф, вторя своим сподвижникам, идеологам-аналитикам из Римского клуба и Франкфуртской школы. Новые чудовищные мифы и стереотипы внедряются в наше сознание. Деструктивный кинематограф продолжает помогать вирусу, ломать наши устои и наше сознание. «Челюсти», «Синяя бездна», «Ходячие мертвецы», «Последняя любовь на свете», «2012», «Война миров» «Вторжение» - в свете новых событий и вызовов будущему человечества видятся нам по-новому. Сегодня они подпитывают разрушительные страхи, подрывают сознание и волю человека, ибо сегодня эти фильмы - уже не отвлеченные истории, а вполне реальный мир. Мир, который мы видим за окном своих домов, в ежедневных выпусках теленовостей.

Вирус бросил перчатку человечеству, но те, кто разрушали нашу культуру и общество, подготовили ему комфортный приход. Ответственность этих сил перед человеком еще не оценена нашими интеллектуальными кругами, а она существенна и велика, ибо они годами разрушали ту базу, которая помогала человеку в разные эпохи противостоять катастрофам и кризисам. Человек прошлого при всей своей недостаточности, был человеком духовного пространства. Он встречал вызовы природы и эпидемии, войны и экологические катастрофы с открытым забралом и с верой. У него, у человека традиционного мира было сознание своей причастности к единому духовному пространству и сакральному космосу. Он чувствовал присутствие Бога и предков, это укрепляло его волю и самосознание. Его не так легко было вышибить из седла и заставить свернуть с принятых ранее позиций. Но разрушение нашего сознания и общества за последнее время создало новый тип человека. Человека подверженного страхам, экзистенциальным потрясениям, человека, ослабившего свою волю, свои социальные коммуникативные структуры и ориентиры.

Как этот человек перенесёт грядущие потрясения? Как устоит он и останется человеком, не скатившимся до первобытного или животного сознания? Как спасет он дом наш - Землю, дарованную нам Богом, и сможет ли он оставаться подобием Бога и венцом творения? Эти вопросы сегодня на кону истории, и ближайшее будущее даст на них ответы.

Происходящее сегодня было бы не таким страшным, если бы деструктивные силы не размонтировали старое сплоченное традиционное общество, семью, уважение к своему государству и родине, как большой, так и малой. Если бы нации были сплоченными историческими социальными организмами, как это было в недавнем прошлом. Если бы не было атомизации общества и сознания, если бы были живы заветы предков, духовность и вера.

Но то, что произошло с нами, должно было произойти. Как Бог, так и природа, не могли больше смотреть на глумление над миром и реальностью. И человек был поставлен перед выбором: остановиться в своем безумном угаре или сгинуть.

Фактически то, что происходило ранее в буржуазно-либеральном, так и в тоталитарных обществах, то, что стимулировалось и моделировалось в определенных закрытых структурах, было сатанинским проектом. Проектом, призванным вытравить в человеке все доброе и божественное, всё сакральное и духовное, превратив человека в винтик безумной машины. «Человек машина», провозглашенный как идеал французским философом Жюльеном Ламетри, стал целью того мира и той деструктивной идеологии. Он омертвил человека, лишив его божественности, сакрального статуса, души и божественного предопределения. Он сделал его физическим лицом. Это был мир, где ты если не становишься лицом юридическим, то ничего не можешь создавать, ничем не можешь управлять.

Экзамен на человечность

Сегодня мы сдаем экзамен на прочность. Или станет реальностью мир из фильмов типа «Безумный Макс» и «Водный мир» или мы выстоим и вступим в новую эпоху своего созидания. Скинув с себя всё наносное, лишнее, чужое и сатанинское. Всё зависит от нас, от того, насколько божественное и доброе начало сохранилось в нашей душе и сознании. Судя по поведению многих людей, по поведению наших медиков, военных, полицейских, государственных чиновников, волонтеров, ученых и тех, кто, жертвуя собой, рискуя своей жизнью, спасает других, у человечества есть надежда на преображение, и победу.

Так что разговоры о конце человека сильно преувеличенны. Сегодня у нас есть идеалы добра и совести. Сегодня мы видим, что сатанинским технологам прошлого, профессиональным революционерам и субверсивным черным магам не удалось полностью разрушить человеческие и божественные основы в нашем сознании. Не удалось деформировать добрую волю в душах многих людей.

В завершение можно сказать следующее. Время, которое к нам пришло, есть время проявления истинной сущности каждого человека. Новая реальность не оставляет времени на размышления. Человечество, конечно, в итоге выстоит, но для многих завтрашний день - под большим вопросом. Обидно, что эти многие – как раз те люди, которые борются за нас и наш мир. Они на линии огня.

Но и мы не должны оставаться в стороне. Сегодня мы должны понять границу между добром и злом, светом и тьмой. Сегодня - время пробуждения доброй воли. Той воли, что изначально присуща человеку. Не воли к власти или к самоутверждению, как ошибочно предполагал Ницше, но воли к добру, к которой взывал гений Артура Шопенгауэра. Мы должны отбросить все злое и двуличное и осознать, что только добрые дела делают человека человеком, что только добрая воля делает нас подобными нашему Богу, нашим предкам, позволяя нам осознавать себя садовником и охранителем нашего мира и общества, осознать то, что уже осознали тысячи героев, стоящих на линии огня, своей жертвенностью, и состраданием заслонивших нас от чумы двадцать первого века.

Вячеслав Матвеев

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter


ЕЩЁ новости
load