ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ Все новости

ещё темысвернуть
Loading...

Валерий Гаина: «Как стать лучшим гитаристом страны? Да просто заниматься с утра до вечера»

Валерий Гаина: «Как стать лучшим гитаристом страны? Да просто заниматься с утра до вечера»

Имя Валерия Гаина неразрывно связано с советским роком, а также этого легендарного музыканта знают не только на территории бывшего СССР, но и далеко за его пределами.


Валерий Борисович Гаина родился в Молдове, в селе Казанешты Теленештского района. Там прошло его детство, именно в Казанештах он уже мечтал стать музыкантом. И стал. И не просто музыкантом, а великим музыкантом, которого неоднократно признавали лучшим гитаристом СССР, а его группу «Круиз» - лучшей во всем Советском Союзе.


В настоящее время Валерий Гаина живет в Лос-Анджелесе, скучает по своей молдавской Родине и тепло отзывается о ней. Нам удалось связаться с Валерием Борисовичем посредством современных средств связи и записать интервью, с которым вы можете ознакомиться ниже.


- Здравствуйте, Валерий Борисович! Мы, ваши соотечественники, давно вас не видели и не слышали! Как ваши дела?


- Привет! У меня все прекрасно, дела идут, весь в работе, жизнь моя, в целом, достаточно насыщенная. Вот, например, буквально недавно посетил выставку музыкальных инструментов в Лос-Анджелесе – NAMM Show называется. Очень много народу, много интересного.


 - Валерий Борисович, очень хочется спросить вас о вашем детстве – где вы провели его, какие воспоминания храните о том времени, о родном селе? Остались ли у вас в Молдове родственники?


 - Да, родственники  в Молдове у меня есть, и их, должен признать, достаточно много. Сам я родился в селе Казанешты Теленештского района, и прожил я в родном селе до 1968 года. Воспоминания о детстве сохранились прекрасные, и я, честно говоря, тогда и не представлял себе другую жизнь – я ведь ничего не видел, кроме родного села. Мне даже сложно было мечтать тогда о чем-то лучшем. Но все же, если говорить о раннем детстве, то я помню, что нам было очень тяжело, это была не самая легкая жизнь.


Помню, что в детстве я часто болел воспалением легких. А вот лето я обожал, летом было очень красиво. Помню дом, в котором мы жили – он находился прямо на территории стадиона, возле школы. Вообще, место это удивительное – представь себе: школа, через забор от школы находится кладбище, а с другой стороны от школы, тоже через забор – наш дом стоит. И вот я выходил с нашего огорода прямо на стадион, а потом попадал в школу. А если нужно сходить, например, в магазин или чайную, то нужно было пройти через весь стадион, чтобы выйти на центральную улицу. Очень хорошо это запомнилось. А еще, по причине того, что рядом находилось кладбище, то мне в детстве часто приходилось слышать фанфары, провожающие умерших людей в последний путь, и это нагоняло тоску…


И все-таки, несмотря на то, что рядом с домом располагалось кладбище, воспоминания мои о детстве, проведенном в Казанештах, все-таки светлые и добрые. Родное село я очень любил, какой-то там дух особый был.


- Планируете в ближайшее время наведаться в родные края?


 - Возможно, получится приехать даже в этом году, потому что я получил приглашения из Кишинева – там хотят организовать концерт с моим участием. Но точной информацией пока не обладаю, да и ничего не хочется загадывать наперед. Но приехать очень хочется!


- Помните ли вы, как музыка пришла в вашу жизнь?


- Да, несмотря ни на что, в те времена происходило и немало радостных, приятных вещей. Люди собирались, играли. Помню, у нас был учитель музыки, и мы ходили к нему заниматься на инструментах, ходили в Дом культуры, который, кстати говоря, я считал самым лучшим Домом культуры, какой только может быть. Там были различные кружки, в том числе и музыкальные, и заниматься я начал именно там. Должен заметить, что моими учителями, прежде всего, были мой старший брат и отец – первый играл на аккордеоне, а второй – на гармошке. Кстати, я тоже тогда играл на аккордеоне.


- После аккордеона вы ведь учились играть на скрипке, а потом переключились на гитару. Почему все-таки гитара стала вашим основным инструментом?


- Дело в том, что меня стала окружать новая музыка. Лет в 12 я услышал «Битлз» и Джимми Хендрикса, а чуть позже – Deep Purple и Led Zeppelin, и эта музыка настолько сильно ошарашила меня, в моей жизни случилось тогда что-то особенное. Я тогда понял, что на аккордеоне такую музыку не играют, и мне стало совершенно понятно, что мне нужно научиться играть на гитаре. Но, должен сказать, что я уже был приличным аккордеонистом, и это стало для меня хорошей основой, чтобы я переключился на другой инструмент и продолжал серьезно заниматься музыкой. Вообще, нужно заметить, что я вырос в музыкальной семье, и во всех поколениях моих родных, еще до меня, кто-то на чем-то играл. Музыка была всегда важной частью моей жизни – это, видимо, генетическое… Меня всегда привлекала музыка, и если бы меня в пятилетнем возрасте спросили, кем я стану, когда вырасту, я бы, ни секунды не сомневаясь, ответил бы, что обязательно буду музыкантом. Каким-то образом, для меня это было определено.


Так вот, в 12 лет я уже неплохо играл на гитаре, я даже начал тогда писать свои собственные песни. Например, у меня была песня на стихи Михая Эминеску «La mijloc de codru des». Также я написал песню на слова Василе Александри «Iarna». Я любил наших классиков, и с удовольствием сочинял песни на их тексты.


На меня сильное влияние оказала музыка румынской группы Phoenix – особенно мне нравились их тексты, то, о чем они пели.


- Валерий Борисович, а сейчас, спустя уже столько лет, вы хотя бы изредка исполняете эти ваши самые первые песни, написанные на стихи Эминеску и других наших классиков?


- Да, как раз песню «La mijloc de codru des» я исполнял, когда приезжал в Кишинев в 2001 году. Хотя, возможно, я исполнял ее еще и позже, когда приезжал с сольными концертами. Меня пригласил Штефан Дарие, и я вышел в рамках его программы на сцену и мы в самом конце исполнили именно эту песню.


- Как так получилось, что простой молдавский парень, который обучался музыке у себя в селе, вдруг оказался в группе «Круиз», которая получила известность не только на всей территории СССР, но и далеко за его пределами?


- Сложно сказать. Просто во мне есть стержень какой-то, и он очень сильный. Это внутреннее стремление какое-то, потенциал, талант. И люди смогли это увидеть и оценить. И мне все давалось легко, куда бы я ни попал. Наверное, я был интересен как музыкант, хотя я тогда еще не был отличным гитаристом, но я был полон интересных идей. Даже в процессе обучения игре на гитаре я писал свою музыку, рождались новые идеи, которые я стал реализовывать.


Помню, даже когда я учился в музыкальном училище в Тирасполе, я играл в составе группы Cordial, и мы выступали в ДК какого-то научно-исследовательского института, то и там я себя смог проявить, несмотря на то, что в Тирасполе были потрясающие гитаристы, намного выше уровнем, чем я. Они играли, в основном, Блэкмора или нечто подобное, а я мог играть что-то свое. И вот, именно это «что-то свое» стало сильнее в каком-то смысле, и к моменту образования группы «Круиз» эти мои идеи сработали. Тогда появилась музыка, которую никто до нас не играл.


- Известно, что «Круиз» был первой в СССР группой, в составе которой играли два соло-гитариста. Кроме того, вы неоднократно признавались лучшим гитаристом Советского Союза. Скажите, как и где вы оттачивали свое мастерство игры на гитаре?


-Как я стал лучшим гитаристом СССР? Я к этому стремился! В то время я сидел с гитарой по восемь часов в день и занимался. Кто-то из наших ребят занимался совершенно другими делами, а я сидел с гитарой с утра и до самого концерта. Проснулся, поел и взял гитару в руки. Я понимал, что есть много гитаристов, которые заслуживают большего внимания, и они играют лучше, чем я. И мне хотелось не то чтобы догнать их, а обогнать, и стать, если можно так выразиться, гитарной личностью. Это было моей целью, к которой я шел. И вот, в 1982 году газета «Московский комсомолец» назвала «Круиз» лучшей группой, а меня признали лучшим гитаристом. Я понимаю, что меня таковым посчитали люди, они выбрали лучшим именно меня, и знаешь почему? Тогда других таких просто не было. Люди полюбили нашу музыку, а вместе с ней и того, кто ее играет – то есть, меня. Но мне всегда хотелось оправдать это звание лучшего гитариста СССР, поэтому я над собой всегда работал.


Текстовка к фото: Группа «Круиз» после одного из концертов

- В июне 1984 года группу «Круиз» запретили. По каким причинам это произошло?


- В первую очередь, нужно понимать, что это, все-таки, был Советский Союз. Брежнева не стало, пришли к власти новые люди, и начались гонения на рок-музыку, на все, что считалось западным. Все те, кто называли себя рок-группами, пострадали тогда. Нам приходилось сдавать своим программы Министерству культуры, приезжали люди из Москвы. То есть была специальная комиссия, которая утверждала твою программу, что тебе играть, какие песни и т.д. И так получалось, что мы часто оказывались в таких условиях, когда нам просто не давали писать свою собственную музыку, тем более что мы не состояли в так называемом Союзе  композиторов.  Но нам каким-то магическим образом помогала наша известность, наша популярность позволяла нам обходить острые углы. Вот, к примеру, была у нас такая песня – «Стремления наши известны», в которой я написал музыку, а текст сочинил Матвей Аничкин. Так вот, мы обращались к Игорю Шаферану, члену Союза писателей, с просьбой подправить наш текст или написать новый, и он с удовольствием нам помогал. Также мы работали и с Валерием Сауткиным, который был нашим соавтором. Таким образом, мы сотрудничали с разными авторами, которые помогали нам писать тексты. Хазанов, кстати, тоже приходил на наши прослушивания – он нас всегда поддерживал, отправлялся даже с нами в поездки, выступал со своими номерами. Алла Пугачева могла прийти и поддержать нас, замолвить за нас словечко, так сказать. Но бывало и так, что даже несмотря на то, что нашу программу утверждали, мы, когда приезжали в какой-то город, то власти этого города не давали нам выступить, потому что они пугались всего того, что происходило с нашим приездом – ломились кассы, собиралось по 15 тысяч человек вокруг Дворца спорта, которые не могли попасть на наш концерт и т.д. Это все заставляло власти города поднимать милицию, выставлять много охраны, поэтому никому не хотелось сталкиваться со всеми этими трудностями.


Ну, так вот, когда сменилась власть в стране, наша группа получила извещение о том, что «Круиз» расформирован и большее не имеет права выступать. Нужно заметить, что все те, кто называл себя в то время рок-группами, были уволены из филармонии.


- Но в 1985 году вы уже вернулись на сцену…


- Да, это случилось благодаря Горбачеву, которого сейчас  многие не любят. Но лично я ему благодарен, потому что он снял с нас запрет. Мы девять месяцев нигде не играли, сидели в Москве и писали альбом «КиКоГаВВа», потому что делать нам было нечего. Сейчас я не вспомню, как мы жили все эти девять месяцев, потому что мы вообще ничего не зарабатывали, и это был очень тяжелый для нас период – я не помню, как мы кормились, но было жутко сложно. Слава Богу, что мы жили в стране, где все не так дорого стоило…


В общем, благодаря перестройке мы снова начали играть, нам разрешили писать и исполнять свою собственную музыку, у нас появились поездки на Запад, стали приходить приглашения из разных стран. Помню, как меня приглашали до этого в группу «Веселые ребята», говорили: «Валера, иди к нам играть, ведь мы ездим выступать в ГДР, Болгарию и т.д., а с «Круизом» ты никуда никогда не поедешь…». Но меня такие предложения не интересовали, хотя за рубеж съездить хотелось. Но я был в группе «Круиз», и это было очень здорово! И вот пришел к власти Горбачев, и мы получили полную свободу.


- Вы помните свои выступления в Кишиневе? Когда и как это было?


- Конечно, помню! Был фестиваль «Мэрцишор» весной, и мы играли в «Зеленом театре». Это было в 1986 и 1987 году. Если я не ошибаюсь, и в 1985 году мы играли в Кишиневе. Когда мы приезжали с концертом, то это в Молдавии можно было сравнить, наверное, только с приездом румынской группы Mondial, когда весь город пришел посмотреть выступление.


- То есть на родине принимали вас хорошо?


- О, не то слово! Это был прекрасный прием! Должен сказать, что благодаря именно этим выступлениям у меня и появилось много друзей в Молдавии. Ведь если так посмотреть на мою жизнь, то я после окончания училища уехал, и ни с кем из молдавских музыкантов не был знаком. А когда они стали приходить на мои концерты с «Круизом», мы и стали знакомиться. А вообще, нас очень любили в Кишиневе, и нам очень нравилось приезжать туда с концертами.


- С кем из молдавских музыкантов вы были дружны, с кем до сих пор поддерживаете отношения?


- Я хорошо был знаком с музыкантами из группы Orizont, из ансамбля «Лэутарий». В принципе, я знал всех музыкантов тех лет, со всеми приходилось сталкиваться, так или иначе. Я часто приезжал в Молдавию сам, просто в гости, потому что там жили мои родители, родственники. И когда я появлялся на родине, то всегда участвовал в каких-то тусовках, джем-сейшенах. Если называть конкретные имена людей, с кем я общался, то это, к примеру, Саша Казаку, Анатолий Нямцу, который был гитаристом в «Контемпоранул», но его, к сожалению, уже нет в живых…


- Интересуетесь ли вы сейчас молдавским роком?


- Да, мне интересно. Я всегда считал Молдавию уникальной в своей музыкальности, в этой стране много талантливых людей. Она такая маленькая, но я думаю, что музыки в ней намного больше, чем в других странах. Плохо только то, что для того чтобы показывать свою музыку, молдаванам приходится уезжать либо в Румынию, либо в Россию. Это, нужно сказать, усложняет работу музыкальной индустрии, хотя понятие это относительное, я бы сказал, потому что сейчас каждый выживает, как может. Но есть таланты, которые рано или поздно приходят к успеху. Ярким примером служит тот же Дан Балан, добившийся немалых успехов, та же Наталья Барбу, которую я считаю потрясающей исполнительницей и прекрасным человеком. Недавно я ездил в Сакраменто, и там я виделся с ребятами из группы Zdob Și Zdub – их я обожаю, совершенно потрясающие, здорово они нашли себя в этническом хардкоре. Они настолько хорошо это делают, что их музыка и меня заводит! Неважно, что я люблю и что не люблю, но Zdob și Zdub не могут не заводить – они просто берут и «качают». Обожаю этих ребят за то, что они продолжают творить и не останавливаются, не теряют своего духа.


Конечно, я знаю очень многие молдавские группы, певцов – слушаю их, слежу за их творчеством по мере возможности. У меня есть в Молдове еще друзья, близкие, которые мне иногда присылают что-то и говорят «На, вот, послушай это», и я с удовольствием слушаю. В большинстве случаев, меня радует то, что я слышу, и очень хочется, чтобы все эти молодые артисты реализовывались, становились успешными и могли достойно жить, занимаясь своим любимым делом.


- Валерий Борисович, вы в составе группы «Круиз», а также и с другими своими проектами, наверное, объездили весь мир. Вам, скорее, проще сказать, где вы еще не были, нежели где уже побывали. Где же еще не ступала нога Валерия Гаина?


- Я не был в Китае. В Африке я побывал только в Марокко. До Австралии и Южной Америки тоже не доехали, а так везде были – и в Мексике, и в Канаде, и в США, в Японии, объездили всю Европу.


- С кем из российских музыкантов вам довелось посотрудничать?


- В Москве и других городах России я знал еще больше музыкантов, чем в Молдавии. Также, у меня было много друзей в Прибалтике, особенно в Эстонии – с большинством эстонских рок-групп мы вместе выступали. Например, это были и Magnetic Bands, и Apelsin, и Gunnar Graps, а также многие другие.


В Москве моим близким другом был Саша Барыкин, я писал соло-гитару для его двух альбомов. Он тогда жил в Люберцах, а я – у метро «Ждановская». Он все время через меня проезжал и заходил в гости. Мы с ним часто виделись, тусовались. Были такие группы как «Диалог», «Автограф», «Машина Времени», «Воскресение» - с кем только мы не общались, с кем только не дружили! Любую группу назови – со всеми мы были знакомы и всегда у нас с ними что-то интересное да происходило.


У нас был период, когда мы тесно общались с Аллой Пугачевой. Ездили вместе с ней в Швецию на какие-то совместные телевизионные программы. Кстати, попали мы туда именно по ее приглашению. Мы друг к другу относились очень хорошо, у нас были теплые отношения. Группу «Круиз» Алла Пугачева всегда поддерживала.


- Можете вспомнить ваше самое необычное выступление?


- В году 1985 или 1986, уже и не вспомню, в Новосибирске у нас был концерт. Я рухнул со сцены – фонари меня ослепили, и я упал. Это был Дворец спорта, сцена была очень высокая – примерно четыре или пять метров. И я грохнулся вниз с этой сцены – вместе с гитарой, и упал я на лед. Так получилось, что упал я на гитару, на бок, и вся эта сторона тела у меня была синяя. Это был огромный синяк, от колена до шеи. Как я не сломал себе ничего – не знаю. Могу точно сказать, что моя гитара меня спасла тогда! Минут двадцать я приходил в себя, выступление было остановлено. Но спустя примерно полчаса я вернулся на сцену и продолжил играть! И народ не уходил - все кричали, визжали. Все были в восторге, что я вернулся на сцену и выстоял концерт.


Но, на самом деле, у нас было очень много историй, которые можно было бы рассказать. Но именно эта история была одной из самых ярких и незабываемых.


- Вопрос о вашей знаменитой гитаре с изображением звезды. Расскажите немного о ней – что это за гитара, какой марки, откуда она у вас появилась и где она находится сейчас?


- Эту гитару я купил в 1978 году у гитариста группы Лили Ивановой из Болгарии. Это инструмент 1975 года, римейк Les Paul 59. Приобрел я эту гитару тогда за три с половиной тысячи, и я был очень счастлив. Кстати, это был еще в то время, когда не было группы «Круиз», это был ансамбль «Молодые голоса», который потом превратился в «Круиз». На этой гитаре я играл примерно до 1985 или 1986 года, потом у меня появились другие гитары, и я стал больше внимания обращать на них по той причине, что они были легче, потому что эта моя знаменитая гитара со звездой была настолько тяжелая, что могу с уверенностью сказать: за все время, сколько я играл на ней, она сломала мне весь позвоночник, в буквальном смысле. Потом я занимался йогой, чтобы восстановить свою спину. Весила она, кстати, эта гитара, килограммов 10-12.


- В Новосибирске вы с ней упали со сцены?


- Да, это была именно она. И я считаю, что она спасла мне жизнь тогда. При падении она меня защитила от удара о борт, который там был – если бы не она, то я мог бы сильно удариться головой или еще чем-нибудь. Хочу заметить, что при падении у этой гитары даже гриф не сломался – вот, какой инструмент это был!


- В 90-е годы вы приняли решение остаться жить в США. Почему?


- Я получил приглашение от компании Warner Brothers, записал демо для них. Был подписан договор, был записан альбом, но он не вышел, потому что тогда как раз появилась группа Nirvana, и компания решила пока не выпускать наш альбом в стиле хард-рок. На этом лейбле тогда были многие группы, среди которых и Slayer, но нам всем тогда сказали что-то наподобие «Спасибо, ребята, но вы нам больше не нужны» - все потому, что гранж тогда был более популярен. И я образовал свою группу, которая называлась Karma. Вот с этого проекта и начался американский этап моей жизни.


- В США вы занимались не только сочинением музыки, но также и продюсированием. Вам нравится этим заниматься?


- Да, я всегда занимался продюсированием, даже во времена «Круиза». Лучше меня тогда это сделать не мог никто – так получилось. Поэтому продюсирование - это часть моей жизни, как и игра на гитаре. Мне всегда это очень нравилось, и я посвящал этому много времени. Тут только ты решаешь, как будет звучать твоя музыка. Благодаря этому занятию рождалась и продолжает рождаться та музыка, которую я делаю. Благодаря этому занятию я преуспел, у меня появилась большая студия, на которой я писал и продюсировал множество групп.


За запись компания Warner Brothers заплатила мне 15000 долларов, и я все эти деньги потратил на студию. Сначала мы сняли помещение, которое с течением времени потихоньку усовершенствовали. Потом у меня появились эндорсменты с разными компаниями – кто-то дал пульт, кто-то дал колонки и т.д.


- Была такая информация, что вы даже продюсировали молдавскую певицу Наталью Барбу…


- Да, когда я приезжал в Молдову в 2001 году, я увидел ее на концерте, в котором я тоже принимал участие. Увидев ее, я был потрясен, она мне безумно понравилась. Я потом специально приехал в студию, чтобы записаться с Натальей. Это был как раз тот период, когда в Нью-Йорке произошел террористический акт, когда были разрешены башни-близнецы. Наталью хотели послушать некоторые компании, и я предоставил им ее записи, но вышеупомянутая трагедия перечеркнула все наши планы. Все переговоры о возможности приезда Натальи Барбу в США были отменены. Поэтому не сложилось.


Конечно, если бы не трагедия в стране, то я привез бы ее в Америку, мы бы ее здесь записали, и она могла бы построить здесь хорошую карьеру. Она талантливая, потрясающая певица, обаятельная, с уникальным голосом и большим потенциалом.


- Известно, что вы также занимались написанием музыки для известных телевизионных компаний – таких как CNN, Discovery Channel и других. Это все очень интересно, конечно же, но как вам на все это хватает времени?


- На самом деле, времени никогда не хватает, просто берешь и делаешь. Однажды я понял, что  больше не хочу записывать другие команды, а записал я огромное количество групп. Мне захотелось заниматься собственным творчеством. Пришла идея писать музыку для телеканалов, для телевидения. Должен заметить, что я вовремя начал заниматься этим делом, в самый разгар, так сказать. Примерно с 2001 по 2006 год мне удалось добиться очень многого. За эти пять лет я написал около 300-400 треков, большая часть которых была сделана для одной компании. У меня их покупали по цене 1000 долларов за один трек, вместе с авторскими правами на него. В месяц я производил около десяти треков. Но через какое-то время мне позвонили и сказали, что возвращают мне все авторские права, и это действительно так и случилось. Я и сегодня получаю с этих треков приличные авторские. В каком-то смысле, эта работа стала для меня новой карьерой. Это занятие было приятно и интересно мне, на создание одного трека я тратил максимум два дня.


- Что вас сейчас вдохновляет на написание песен?


- Наверное, это внутреннее желание  и стремление к чему-то новому в творчестве, и оно у меня появилось еще в детстве, и с тех пор со мной никогда не расставалось. Стремление к тому, что сделает меня счастливым и понимание того, что я отдаю и что получаю от жизни. В ближайшее время я планирую выпустить свою новую музыку, которая, возможно, раскроет меня с новой стороны.


- Планируете ли вы использовать в своей новой музыке молдавские мотивы?


- Я вырос на молдавской народной музыке, и мои корни именно там. И, мне кажется, это было где-то заметно, даже во времена «Круиза», какие-то элементы можно было услышать. Но я давно уже не в Молдавии, и, наверное, это мне не давало развить в своей музыке этническую линию, закрепить ее в музыкальной форме. Но я всегда обожал молдавскую народную музыку, и она мне очень много дала. И когда я слышу где-то ее, то она меня очень трогает. Но мне сложно сказать, будут ли молдавские мотивы в моей музыке в будущем. Я уверен, что если бы я находился в Молдавии, то это было бы намного ярче выражено в моем творчестве.


- Вы до сих пор прекрасно владеете молдавским языком, несмотря на то, что уже много лет не живете на родине. У вас даже акцент молдавский сохранился. Как вам удается на протяжении всего этого времени сохранять такое великолепное знание родного языка?


- Сложно сказать, сам не знаю. Конечно, если ты долгое время не практикуешь язык, то он забывается. Но мой родной язык ко мне всегда возвращается, всплывает во мне, когда я заговариваю с кем-то на нем.  Мои родители были учителями, мама преподавала молдавский язык и литературу, относилась очень бережно к молдавскому языку. И она всегда хотела, чтобы мы знали хорошо родной язык и уважали его, говорили на нем грамотно и красиво.


- Изменила ли вас ваша известность?


- Если и изменила, то только в лучшую сторону.


- Чем бы вы занимались в жизни, если бы не музыка?


- Даже не представляю себе ничего другого, кроме музыки. Как я и говорил, я уже в пять лет знал, что стану музыкантом.


- Как вы справляетесь со стрессом?


- Стресс появляется в нашей жизни при определенных обстоятельствах, поэтому я к нему отношусь как к необходимому элементу жизни, благодаря которому мы узнаем, кто мы есть. Стресс – это нормальное явление, которое позволяет решать проблемы и достигать чего-либо. И я, конечно, сталкиваюсь с ним тем или иным образом.


- Существует ли рецепт успеха?


- Скорее всего, нет, хотя иногда мне кажется, что такой рецепт есть. Просто нужно не оставлять на завтра то, что ты можешь сделать сегодня. И еще важно быть открытым человеком, показывать окружающим, что ты из себя представляешь. Это и есть залог успеха, как мне кажется.


- Если бы ваша жизнь была фильмом, то как бы он назывался?


- Наверное, это было бы очень длинное и сложное название, потому что моя жизнь – это длинная дорога. Вот, скорее всего, можно было бы назвать этот фильм именно так – «Дорога».


- У вас есть любимый фильм?


- В разное время у меня были разные любимые фильмы. К примеру, когда-то это была картина «Пролетая над гнездом кукушки».


- Какой совет вы бы дали начинающему рок-музыканту?


- Проводить больше времени наедине со своим инструментом, общаться с ним, и тогда он тебе откроется. Это обязательно для каждого музыканта.


- Спасибо вам огромное за интервью, Валерий Борисович! Желаю вам здоровья, успехов и много новой музыки!

Беседовал Николай Мишкой, ведущий рубрики «История молдавского рока»

(Публикуется в сокращении. Полную версию интервью с Валерием Гаина  вы можете прочитать в рубрике «История молдавского рока»)


Подпишитесь на нас в Odnoklassniki, если хотите знать больше

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Ещё
load