ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ Все новости

ещё темысвернуть

Нику Цэрнэ: Когда мы говорим о рок-музыке, то подразумеваем под этим что-то честное и настоящее. Ч. 1

Мы решили записать большое интервью с известным актером и рок-музыкантом, лидером группы Gîndul Mîței Нику Цэрнэ. Поводов для этого как минимум, два – с недавнего времени Нику стал директором театра TFN (Teatru Fără Nume), а еще в 2021 году группе Gîndul Mîței исполняется 25 лет!

Привет, Нику! Хотелось бы начать нашу беседу с такого простого, но и в то же время, наверное, необычного вопроса: почему тебя до сих пор называют именно Нику, а не Николай или Коля, к примеру?

Привет! Меня так называют с самого детства. И, ты знаешь, многие мои друзья и знакомые, даже в Москве, пытались называть меня Колей, но я их просил называть меня именно Нику. Нику Цэрнэ – звучит красиво, мне кажется, и это уже, можно сказать, стало неким брендом. Да, по документам я Николай, но в жизни – Нику. Интересный вопрос, кстати!

Хотелось бы спросить тебя о школе. Хорошо ли ты учился и что дала тебе школа?

Я считаю, что школа сделала из меня того, кто я есть. Я верю в те самые «șapte ani de acasă». Конечно, многое зависит от семьи, от атмосферы, в которой ты растешь и развиваешься, где ты ощущаешь первые эмоции и слышишь первые слова. Да, я вырос в советском обществе, я успел пожить в период существования СССР, был даже октябренком, потом пионером и уже должен был стать и комсомольцем. И вполне возможно, что я бы им и стал, ведь пропаганда все-таки была, и не обязательно ее называть плохой – у нас просто не было доступа к другой информации. Возможно, я бы и коммунистом стал или каким-нибудь военным, ведь тогда показывали большое количество фильмов о войне, которые нам нравились, и мы все их смотрели.


Кстати, учился я в школе №1, которая сейчас называется лицеем имени Георге Асаки. Считаю, что мне посчастливилось жить и общаться тогда с очень интересным поколением, достаточно интересными людьми. Конечно, в каждой школе были такие личности, но для меня моя школа – это моя история – так же, как и для вас – ваша школа и люди, которые учились с вами – ваша личная история.

Фото: Нику Цэрнэ в детстве

Ходишь ли ты на традиционные встречи выпускников?

Да, у нас есть своя традиция – обычно мы собираемся не в первую субботу февраля, как это принято у всех выпускников, а первого марта. И, кстати, эта традиция – отмечать день встречи выпускников именно в первую субботу февраля, осталась еще со времен СССР, но в этом нет ничего плохого. Да, многие сегодня отзываются об СССР с определенной долей негатива, но на самом деле в советское время было немало красивых и приятных вещей – например, я тоже иногда ностальгирую, с удовольствием могу пересмотреть тот же «Огонек», «Бронзовую птицу», «Приключения Электроника», «Трех мушкетеров».

Так вот, каждый год первого марта мы с одноклассниками собираемся и проводим наши встречи. Кстати, недавно исполнилось 25 лет со дня нашего выпуска!

Когда и как в твоей жизни появилась музыка?

Мой старший брат очень хотел играть на гитаре, и однажды этот инструмент появился в нашем доме. Помню, как мы с братом утром просыпаемся, а на стене висит гитара. Мы были поражены! Правда, инструмент был старенький, с оборванными струнами, но брат натянул новые струны и начал понемногу на ней играть. Если я не ошибаюсь, то эту гитару он увез с собой во Францию. И вот тогда и я стал обучаться игре на гитаре – начинал с простых аккордов типа «ля минор» и т.д. Тогда я уже узнал о Викторе Цое и других музыкантах. Все это было, когда я учился во втором классе. И конечно, мне хотелось быть похожим на старшего брата, тем более что он не учил меня чему-то плохому, а учил прекрасному – музыке.

Кстати, у меня тогда не было ни музыкального слуха, ни голоса – это все пришло со временем, постепенно развиваясь. Была даже такая история: в начальных классах я пел в хоре «Лия Чокырлия», и однажды дирижер подозвал меня к себе и говорит: «А ну-ка спой», а я говорю - «Нет». Он тогда и спрашивает: «А ты что здесь вообще делаешь тогда? Уходи отсюда!». И тогда меня вот так выгнали из хора, на что я был очень обижен.

Ну, а потом пришел к власти Горбачев – перестройка, гласность и т.д. Мы тогда ощущали острый голод по информации, по чему-то новому, и я хорошо помню, как пришла в музыка в мою жизнь. Я начал слушать группу Scorpions, потому услышал AC/DC, Metallica. В конце 80-х мне довелось услышать группу Faith No More с композицией «Epic», которая меня сильно поразила. В начале 90-х в моей жизни появилась Nirvana, после – Rage Against the Machine и многие другие.

Расскажи о своем самом первом концерте и проходил ли он уже в составе группы Gîndul Mîței, или же это был какой-то другой музыкальный проект?

Это было 18 мая 1996 года, когда мы первый раз вышли выступать перед публикой. И это уже была группа с названием Gîndul Mîței, хотя до этого мы назывались No Name – то есть, название заключалось в том, что у нас не было названия. Это как и сейчас с нашим «Безымянным театром» (Teatru Fără Nume), частью которого я являюсь. Кстати, стоимость билета на тот наш самый первый концерт была 2 лея, и в итоге нам удалось собрать 50 лей вместе с группой Corner Stone – хорошая, кстати, была группа, но она давно не существует, к сожалению.

Фото: Группа Gîndul Mîței

Что в твоей жизни все-таки появилось раньше – музыка или театр?

Музыка. Что касается театра, то тут история следующая. Мои родители – актеры, они познакомились на актерском факультете. Позже мой отец состоял в труппе бывшего театра им. Пушкина (ныне это театр им. Михая Эминеску). Мама работала тогда на радио, и я после школы приходил к отцу в театр – там я находился до вечера, и, хочешь - не хочешь, я вырос за кулисами театра. Также и мой брат вырос за кулисами театра. Театр уже был в подсознании, можно сказать, я был дитем театра.

И все-таки, мне кажется, что музыка и театр в моей жизни шли параллельно. По крайней мере я точно могу сказать, что в моем случае в музыкальной деятельности мне очень помогает театр, и в театральной деятельности мне очень помогает музыка.

Ты помнишь свою первую роль в театре?

Да, это была роль Деда Мороза. Когда я учился еще в школе, в классе 10-11-м, меня попросили прийти на утренник первоклашек или второклашек в образе Деда Мороза. Я упорно отказывался, но меня, в конце концов, уговорили. Помню, какие неприятные эмоции я ощущал, когда выступал перед теми детьми в костюме Деда Мороза – я и голос пытался менять, и изворачиваться как-то… И тогда я подумал, что не быть мне актером, не нравится мне все это. Я тогда хотел быть режиссером, мне хотелось руководить процессом.

Довелось ли тебе сниматься в кино?

Да, я снялся в четырех кинокартинах. Первый фильм называется «Lupii și zeii», второй – «Nunta în Basarabia». Также, я снялся в двух фильмах своего брата, где я поучаствовал не только в качестве актера, но и продюсера. Для меня работа в кино была отличным и очень интересным опытом – это абсолютно другая техника, это совершенно другое мышление. И мне это очень нравится! Но это и очень сложно. Если кто-то считает, что сниматься в кино – это легко и просто, то спешу разочаровать. В ближайшие пару лет на экраны должны выйти два фильма, в которых я принял участие, и они мне очень дороги. Пандемия, конечно, внесла свои поправки в сроки выхода этих картин, но это обязательно случится в ближайшее время!

Каждый артист мечтает сыграть какую-то определенную роль на сцене театра или в кино. Есть ли у тебя такая заветная роль?

Ты знаешь, никогда не думал об этом, но где-то на подсознательном уровне я понимаю, что такая роль есть. Я бы сегодня с удовольствием сыграл роль Меркуцио из «Ромео и Джульетты», к примеру. Возможно, что-нибудь из Чехова. А вообще, очень многое зависит от режиссера, который предоставляет тебе такую возможность – сыграть какую-то роль…

Какую роль я бы хотел сыграть в кино? Джокера, возможно? Не знаю… Слишком сложно. Но сложность заключается и в том, что у нас в стране нет финансовых возможностей для того, чтобы снимать большое кино. Вообще, можно сказать, что культура в Молдове в настоящее время отодвинута на второй план. Я буду настаивать на повышении уровня нашей культуры, чтобы в эту область привлекались инвестиции. Я даже не раз говорил депутатам, политикам и бизнесменам, что высокий уровень культуры – это и высокий уровень экономики. Если же уровень культуры низкий, то и экономический уровень страны снижается. Это две взаимозависимые вещи. Возможно, кому-то и выгодно, чтобы люди были ограниченными, чтобы ими можно было манипулировать – не знаю.

Возвращаясь к твоему вопросу о роли, которую мне бы хотелось сыграть, могу добавить, что в разные периоды жизни эти роли могут быть разными, предпочтения и возможности могут меняться в зависимости и от обстоятельств.

Фото: На съемках фильма "Lupii și zeii"

Предлагаю вернуться к теме музыки. Почему твой выбор пал именно на рок-музыку и что для тебя рок?

Я уже говорил, что мой брат слушал рок, поэтому я не мог не приобщиться к этой музыке. Но я считаю, что даже если бы этого не было, если бы мой брат не увлекался этой музыкой, я бы все равно пришел к ней. Это как предназначение какое-то, что ли. В 80-е годы мы все искали какой-то выход, мы искали свободу – точно так же, как и Виктор Цой, группы «Алиса», «ДДТ», Nautilus Pompilius и т.д. Рок – это музыка протеста. Сейчас это уже, конечно, все не совсем так. У каждого есть мобильный телефон, на который можно записать проявление своего недовольства чем-либо или кем-либо, но на этом его протест и закончится. А в советское время такой возможности не было – тогда протест против системы выражался при помощи песен, причем, с особой тщательностью нужно было работать над текстами, чтобы они были завуалированными. И это было намного интереснее.

Хочу добавить еще, что рок-музыка меня цепляет тем, что это живая музыка. Это не попса, потому что слово «попса» обозначает что-то нехорошее, некачественное. Когда же мы говорим «рок», то подразумеваем под этим что-то честное, настоящее. И это уже внедрилось в подсознание. Тут речь идет и о самовыражении. То есть, если ты хочешь правильно и честно что-то сказать этому миру, значит, ты должен быть хотя бы немного рокером. Я так считаю.

Ты сказал, что в детстве у тебя не было музыкального слуха и голоса. Кто же научил тебя петь?

Я сам учился петь. Я просто ходил по дому и пел. А еще у меня был одноклассник, с которым мы распевали песни групп The Beatles, The Rolling Stones, The Doors, а также не обходилось и без песен Цоя, Кинчева, Шевчука и т.д.

Я где-то читал, что тебе очень нравилось творчество Владимира Высоцкого…

Да, это правда. Очень нравилось, нравится и сейчас. Помнишь, в магазине «Мелодия» продавалась коллекция виниловых пластинок с песнями Высоцкого? И мы с братом все эти пластинки купили! И мы пели эти песни, да! И, конечно, мы пели песни из «Cenaclul Flacăra». В общем, так я пел, пел, и появились у меня и слух, и голос. Я был закомплексованный парень, стеснительный поначалу, но постоянное пение позволило мне обрести мой голос – такой, какой есть. Признаю, что можно было бы и лучше, и можно, наверное, лучше, но…

Хорошо, идем дальше. Какой из концертов группы Gîndul Mîței ты назвал бы самым сильным?

Конечно, у нас были и очень слабые выступления – по нашей вине, по моей лично, и я это признаю. Но большая часть наших концертов все-таки была очень хорошей, практически все наши выступления проходили на достойном уровне. Важно отметить, что была отдача от наших слушателей, которая нас поддерживала и помогала двигаться вперед.

Говоря о лучших наших выступлениях, можно многое рассказать о фестивалях в Румынии, России, Украине, Германии, Франции, Италии, Молдове, где мы принимали участие. Но я склонен считать самым успешным и взрослым нашим концертом именно «Luminează circul». Кстати, на YouTube выложен этот концерт целиком – каждый может его найти и посмотреть. В нем принимали участие и многие приглашенные люди – музыканты из других групп…

Помимо того, что это был хорошо организованный и проведенный концерт, мы сделали еще одно важное дело – мы напомнили обществу о существовании цирка в нашем городе. Нужно сказать, что тогда дело сдвинулось с мертвой точки – в ремонт здания цирка стали инвестироваться средства, и мы можем с уверенностью сказать, что это произошло в том числе и благодаря выступлению, мероприятию, которое мы организовали. То есть все было сделано не зря. Я верю, что настанет тот день, когда мы образно перережем ленточку на входе в цирк, и в него снова войдут дети, чтобы посмотреть настоящие цирковые представления… Нам не должно быть все равно, ведь это наш город, это мой город, это твой город, мы все в нем живем…

Если говорить о других значимых для нас концертах, то вот недавно, например, мы играли на фестивале, где познакомились с известной группой The Rasmus. Это был очень крутой фестиваль, интересное знакомство!

Фото: Концерт группы Gîndul Mîței

В интервью мне Роман Ягупов, лидер группы Zdob și Zdub, рассказал удивительную историю о том, как их группа попала в автомобильную аварию и ребята попали в больницу. Там они встретили вас – группу Gîndul Mîței. Что случилось тогда с вами и почему вам тоже потребовалась помощь врачей?

Мы тогда тоже попали в аварию, но она была куда более серьезной. Мы слышали об их аварии – она произошла где-то в Вадул-луй-Водэ, их машина перевернулась, и музыканты, в принципе, легко отделались по сравнению с нами. Что касается нас, то по счастливому стечению обстоятельств, меня тогда не было в машине. Но ребята пострадали серьезно – у Юрия Бердя и Геннадия Казак были переломы рук, и они нуждались в хирургическом вмешательстве. У бас-гитариста Сергея Русу была проблема с ногой, клавишник Игорь Кристов сломал несколько ребер, причем, из-за ремня безопасности, который его и спас. Сергей Яровой (Ярик) тоже пострадал – до сих пор при смене погоды он жалуется на боли…

А я тогда был уже в Румынии – мне нужно было решить свои проблемы там, после чего мы с ребятами должны были пересечься в городе Клуж. Но что еще интересно и необычно во всей этой истории - за два дня до аварии мне приснился сон, будто я звоню нашему клавишнику Игорю Кристову, который, кстати говоря, всегда быстро поднимал трубку и отвечал на звонки, но тут мне отвечает кто-то другой, чей-то незнакомый голос… Вот такой сон… И когда уже случилась та самая авария, но я еще этого не знал, я действительно позвонил Игорю и мне ответил чужой голос – это был полицейский, который сообщил о случившемся, при этом сказав, что нашел этот телефон в автомобиле, на котором наша группа попала в дорожно-транспортное происшествие. Я тогда побелел. Но меня успокоили, сказали, что никто не погиб. Через пару дней мы встретились с ребятами из Zdob și Zdub – как сейчас помню, как из машины скорой помощи выходит Рома Ягупов с перевязанной головой. Я тогда недоумевал: «Ребята, что происходит?!». Но, слава Богу, все прошло, все зажило, но нас эта авария выбила из колеи примерно на полтора года – ровно столько мы не могли играть. Это был 2008 год.

Нику, в вашей песне «Ла Чокана» фигурирует некая Марьяна, у которой, как поется в самой песне, не следует покупать марихуану. Кто эта самая Марьяна? Это реальный персонаж?

Да, это реальный человек, наша хорошая подруга – сейчас она живет в Германии. Тогда мы были в одной компании, одной тусовке. Но она не занималась продажей марихуаны, конечно же – это было использовано в песне исключительно для рифмы. И раз уж пошел разговор о марихуане, то могу признаться, что мы не увлекались ничем таким. А вот песня стала хитом, и уже больше двадцати лет ее знают и любят.

Беседовал Николай Мишкой

(Окончание интервью читайте завтра на сайте Noi.md)

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter


Ещё
load