COVID-19 в Молдове ВАКЦИНИРОВАНЫ 929 781 БОЛЬНЫХ 361 828 (+712)   ВЫЛЕЧИЛИСЬ 345 226     УМЕРЛО 9022(+37) Подробнее
Проблема газа новостей: 398
Президент новостей: 3012
Выборы в Молдове новостей: 4123
Мигранты в Европе новостей: 267
ГМО и прививки новостей: 1324

Лука де Мео: Renault похожа на прославленную футбольную команду, потерявшую направление на несколько сезонов, но сохранившую свой победный настрой ©

18 сен. 10:00 (обновлено 18 сен. 10:00)   Интервью
2045 0

Глава группы Renault, в которую входит Dacia, считает, что многие не понимают истинного влияния правил, разработанных европейскими властями в области сокращения выбросов.

Economica.net принял участие в дискуссии с главой группы Renault Лукой де Мео, состоявшейся в IAA Mobility, в ходе которой он ответил на некоторые вопросы о возглавляемой им компании и о будущем автомобильной индустрии и мобильности. Он объяснил, почему компании постепенно отказываются от автомобилей с двигателями внутреннего сгорания и объявляют о выпуске автомобилей с электродвигателями и почему все более жесткие правила, касающиеся загрязнения окружающей среды, приведут к подорожанию мобильности.

Почему вы запустили Megane E-Tech в Германии, а не во Франции?

Мы хотели засунуть голову в пасть льва. Немецкого льва. Я шучу. Прошло почти два года без автосалона, и я подумал, что сейчас самое подходящее время. Я хотел быть здесь, у меня не было никаких сомнений в этом отношении. Думаю, что наша задача как производителей автомобилей – помогать таким инициативам. Но могу сказать, что в прошлом году, когда мы получили приглашение, мы были в тяжелом финансовом положении и решили, что не приедем. Затем я передумал, и реакция, которую я видел до сих пор на IAA, действительно хороша. Я думаю, что наш продукт в большой степени способствовал этому. Megane E-Tech Electric – мощный, неожиданный продукт от Renault. После тяжелого периода это новое начало для нас. Это доказывает, что мы умеем производить автомобили, и думаю, что будет серьезная конкуренция за лидирующие позиции в сегменте электромобилей. Мы хоть до подиума доберемся.

Это кроссовер. Вы продвигаете Renault в этом направлении?

Да. С новыми платформами CMF-EV и CMF-BEV у нас есть большая гибкость в области размеров машин и двигательных установок. У нас есть возможность использовать эти платформы по всему альянсу, с Nissan и Mitsubishi, поэтому с точки зрения затрат и закупок мы очень конкурентоспособны. Я работал в Volkswagen Group, поэтому знаю, что мы конкурентоспособны.

Что ждет Alpine дальше? У вас есть опыт работы с такими брендами.

Мы создали бренд Cupra. И Abarth. И RS в Audi. Сначала я хочу укрепить спортивную зону бренда Alpine. Включая Формулу 1. Потому что это дает нам известность. Затем мы построим вокруг этой идеи… завод, центр исследований и разработок. Alpine будет на 100% электрическим брендом с привлекательными моделями. Вещи, которыми вы можете наслаждаться. Мы планируем для бренда три электрические модели. Со всем, что влечет за собой. Вы можете представить себе что-то вроде мини-Феррари или мини-Тесла. Внимание, я сказал «мини». Благодаря Формуле 1 бренд Alpine стоит выше, чем бренд, который выпускает всего около 2000 автомобилей в год.

Я не люблю говорить об Alpine, что это будет бренд премиум-класса. Мне не нравится это слово. Я предпочитаю говорить об этом бренде, что он будет особенным. Конечно, машины будут экономичнее и так далее, но слово «премиум» иногда употреблялось ругательно. Приклеен ко всему, что блестит.

Как план Renaulution отражается в том, что мы видим сейчас?

Если мы возьмем R5 Prototype в качестве примера, он будет более сложным, но и более дорогим, чем Clio. Из-за стоимости технологий. Стоимость электродвигателя увеличивает цену. Сейчас он в три-четыре раза дороже автомобиля с тепловым двигателем. Придется признать, что электромобили вначале дороже тепловых. Такова реальность, хотя некоторые не хотят с этим мириться. Однако они дешевле в эксплуатации.

Но прежде чем говорить о том, что есть сейчас, нужно посмотреть, что было. Вся группа была нацелена на то, чтобы подняться на первое место в мире по продажам. И это произошло. Но за это достижение мы не получили Нобелевскую премию, и это было не лучше для компании. Я, стремясь получить прибыль, не ориентируясь на увеличение продаж, не хочу превращать Renault в нишевый бренд. Но думаю, что нам нужно сбалансировать целевые объемы с ценовыми. Нам необходимо адаптировать производственные мощности к реальному спросу. Когда я пришел в Renault, моей целью было достичь продаж в 5,5-6 миллионов проданных единиц. В то время как даже в наш лучший год мы достигли всего 3,9 миллиона. Сейчас мы пытаемся сбалансировать компанию по всем параметрам. Я не хочу обещать достичь звезд и приземлиться только на Луне. Меня не интересуют цели продаж. Я хочу зарабатывать деньги.

Это означает создание привлекательных автомобилей для потребителей. У нас в этом направлении очень хорошая традиция. Компания Renault – один из крупнейших производителей автомобилей в Европе, с богатыми традициями, которые были утеряны на короткое время, но ДНК компании очень прочна. Renault похожа на славную футбольную команду, потерявшую направление на несколько сезонов, но отличный командный дух, позиция победителя сохранились.

Возвращаясь к Megane, не будет ли дилерам сложно объяснить покупателям, что у этого автомобиля больше нет дизельного или бензинового двигателей?

Но нынешнее семейство Megane останется на рынке с тепловыми двигателями еще несколько лет. Потом покупателям нужно понять, что этот Megane – электрический и таких машин будет все больше и больше. Все меньше производителей будут инвестировать в автомобили с тепловыми двигателями. Я не знаю, понимает ли мир, каково реальное влияние правил, подготовленных европейскими властями. Это радикально. Если у нас не будет все больше автомобилей с нулевым уровнем выбросов, мы не сможем оставаться на рынке. В настоящее время есть два решения для снижения выбросов вредных веществ: электромобили с батареями, даже если электричество, которым они заряжаются, не совсем экологично, или электромобили с водородом. Людям нужно привыкнуть к этой идее. Правила закрывают для отрасли другие варианты, касающиеся двигателей.

Принесете ли вы на рынок водородные автомобили?

Что касается водорода, мы создали совместное предприятие с Plug Power. Вместе с ними мы создадим необходимую инфраструктуру для водородных автомобилей. Мы будем использовать водород для малых, средних и больших коммерческих автомобилей, таких как Traffic и Master. Это связано с тем, что технология электромобилей (BEV) еще не адаптирована для тяжелых транспортных средств. Вместо того чтобы ставить очень большую батарею на тяжелую машину, что снижает автономность, лучше поставить батарею всего на 40 кВт и бак с шестью литрами водорода, который будет постоянно заряжать батарею. Так что автомобили, например, Master, мы будем продавать транспортным компаниям, водородные насосы поставим и в офисах этих компаний и будем поставлять водород. Я не думаю, что сейчас водород может быть жизнеспособным для небольших автомобилей из-за цены и отсутствия зарядной инфраструктуры.

Как вы оцениваете программу Европейской комиссии Fitfor 55? Как вы думаете, сможет ли автомобильная промышленность соответствовать требованиям?

Мы не устанавливаем правил. Я не думаю, что мы вообще на них влияем. В нынешней промышленности, кажется, существует более высокая воля, которая выходит за рамки желаний и возможностей каждой отрасли. Конечно, я могу понять необходимость уменьшения загрязнения, чтобы не разрушить планету и сохранить ее для будущих поколений. Я также понимаю желание Еврокомиссии превратить ЕС в лидера зеленой экономики. Потому что Европа пропустила волну цифровизации. Нет европейского Google, европейского Amazon и т. д. Мы упустили этот момент, и теперь, если мы признаем, что следующая волна, которая захватит мир, – это экология, то хотим быть ее лидерами. Мы не можем этого пропустить. Следовательно, намерение хорошее. И я полностью это поддерживаю. Но я думаю, мы должны обсудить, как мы доберемся туда, куда хотим, как быстро мы движемся, сколько у нас свободы, чтобы находить правильные решения. Регулирующий орган обычно определяет цель, но не указывает, как ее достичь.

Мы должны признать, что спешка, чтобы добраться до желаемой точки, окажет влияние. И на потребителей, и на промышленность. Все будет дороже. Мы не можем придумать новые технологии в одночасье, а люди – ожидать, что они будут дешевыми. В итоге мобильность станет дороже.

0

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Правительство заявляет о дефиците кадров в структурах госуправления. Как, на ваш взгляд, решить эту проблему?
 X