X 
Война в Украине новостей: 3460
Коронавирус новостей: 8211
Объектив Европа новостей: 316
Акция протеста новостей: 1206

Андрей Стратан: «Мы должны работать так, чтобы не вызывать политическую аллергию у наших международных партнеров»

4 июл. 23:16   Интервью
7575

23 июня 2022 года Республика Молдова официально получила статус страны-кандидата на вступление в Европейский союз. Это событие было названо и представителями власти, и политологами, и экспертами историческим, которое должно изменить ситуацию к лучшему.

Однако теперь мало кто помнит, что на самом деле первые шаги к европейской интеграции нашей страны были сделаны при правлении коммунистов. С какими проблемами столкнулись государственные деятели в тот период, чтобы запустить механизм евроинтеграции нашей страны, каковы самые большие ошибки, допущенные действующей властью? На эти и многие другие вопросы ответил Почетный консул Черногории в Республике Молдова Андрей Стратан, который во время правления коммунистов занимал пост министра иностранных дел и вице-премьер-министра Правительства Республики Молдова.

Андрей Стратан 4 февраля 2004 г. был назначен министром иностранных дел Республики Молдова, а с 21 декабря 2004 г. совмещал эту должность с постом заместителя премьер-министра. 19 апреля 2005 г. был назначен вице-премьер-министром, министром иностранных дел и европейской интеграции.

Андрей Стратан сохранил за собой пост министра и в новом правительстве, сформированном Зинаидой Гречаной 31 марта 2008 года.

«Мы все понимали, чего хотим добиться»

Господин Стратан, несмотря на то, что с тех пор прошло немало лет, многие помнят вас как вице-премьера и министра иностранных дел в годы правления коммунистов. Именно в то время был взят курс на европейскую интеграцию страны, а привычное название МИДа трансформировалось в МИДЕИ. Тяжело ли было быть первопроходцем и делать первые шаги в этом направлении?


Наша евроинтеграция началась, наверное, несколько раньше, но, действительно, в тот период процесс сближения ускорился. В то время я был назначен послом с особыми поручениями и ответственным за пакт стабильности для Юго-Восточной Европы, Молдова была политически близка со странами Западных Балкан и имела возможность вместе со всеми этими государствами участвовать в политических мероприятиях и не только, предложенных ЕС тем государствам, которые стремились и хотели сблизиться с ЕС, а затем интегрироваться в него, что позже произошло с некоторыми из этих государств.

В тот период действительно была проделана большая работа в этом направлении, была вертикаль и политическая ясность в государстве, начиная от первого лица и заканчивая министерствами и исполнителями, участвовавшими в переговорных процессах. Всем нам было ясно, какие шаги мы должны были предпринять, это было не хаотичное движение, это было хорошо продуманное осознанное движение. Мы все понимали, что это тот путь, который мы выбрали и должны пройти.

На первый взгляд, доктрина, продвигаемая ПКРМ, и европейская интеграция находились на диаметрально противоположных полюсах, однако вы говорите, что именно в то время власти поняли, что Республика Молдова должна двигаться в сторону ЕС. Почему?

Мы не должны ориентироваться на политическую доктрину партии, которая была у власти в то время. Тогда существовало понимание того, что путь интеграции в ЕС является благотворным для экономического, социального и политического развития Республики Молдова. Никто не мог привести других аргументов или контраргументов, что мы должны выбрать этот путь или отказаться от него. Был баланс в политическом развитии и в наших отношениях с другими политическими партиями того времени. Молдова взяла на себя председательство во всех инициативах, которые были запущены в то время для стран Западных Балкан, были различные форумы и визиты президентов соответствующих стран. Были получены положительные результаты, и Европейская комиссия, и институты ЕС отметили это в своих отчетах и ​​дали нам возможность продвинуться в переговорах и открыть новые возможности для Молдовы. Я говорю и об асимметричной торговле, и о начале переговоров о либерализации безвизового режима для граждан Республики Молдова. Было много инициатив, которые привели к успехам в тот период.

На ваш взгляд, каких результатов вы добились?

Прежде всего, ЕС открыл для себя Республику Молдова. Европейские институты поняли, что наша страна не только географически, но и политически является европейским государством, и наши европейские устремления были поддержаны институтами ЕС. Это было самым важным, без чего нам не дали бы возможность начать переговоры по другим аспектам сближения с ЕС. Можно многое перечислить, потому что велась систематическая работа над планом действий по реализации реформ в Республике Молдова, значит, был установлен график, и было очень ясно, что нам нужно делать. Это хорошо понимали и на уровне правительства, и на уровне госучреждений, министерств, ведомств и прочих структур. Представлялись отчеты, МИД как ответственное министерство, которое руководило всем процессом внешних переговоров и систематизировало внутреннюю информацию, было главной опорой. То, чего нам удалось добиться в этом году, - я имею в виду статус кандидата, произошло и благодаря действиям, совершенным тогда. Дипломаты, сотрудники Министерства иностранных дел и других государственных учреждений в Республике Молдова подняли уровень наших отношений с ЕС, потому что все они имели одинаковое видение и одинаковую эффективность политической деятельности, и это помогло нам продвинуться вперед в наших отношениях.

А что, оглядываясь назад, считаете минусом?

По большому счету всегда хочется получить что-то большее в отношениях с институтами ЕС. Проводились постоянные встречи в Кишиневе или Брюсселе, где представлялись информационные записки по реализации плана действий. Мы продвигались вперед, и перед нами открывались новые возможности для переговоров с ЕС, которые мы реализовали в тот период времени.

2009 год стал решающим для Молдовы. Тогда ЕС разработал политику Восточного партнерства. В этот проект Республика Молдова была включена как часть политики добрососедства вместе с Беларусью, Арменией и Азербайджаном и другими странами. Мы на тот момент были практически единственной страной, которая не захотела бы присоединиться к этой политической инициативе. У нас тогда было достаточно аргументов, потому что в предыдущие годы Республика Молдова принимала участие в проекте для Западных Балкан, я был председателем Пакта стабильности для Юго-Восточной Европы и видел, каково влияние и перспективы для стран Западных Балкан, и новая инициатива ЕС застала нас врасплох. Разумеется, мы начали переговоры с институтами ЕС, аргументируя тем, что мы не примем это региональное разделение Европейской комиссией. Однако завершить переговоры не удалось, потому что в 2009 году произошли политические изменения, Молдова приняла то, что было предложено, стала «успешной» страной, и мы знаем, каковы были «успехи» нашей страны в последующем.

Вы сказали, что 2009 год был переломным. Большую роль в этом деле сыграли протесты 7 апреля?

Не думаю, что протесты 7 апреля как-то повлияли на нашу внешнюю политику. Республика Молдова шла по пути установления позитивных отношений с ЕС, и я бы не сказал, что те события оказали какое-то влияние, потому что политический диалог с институтами ЕС продолжался.

В годы, когда вы возглавляли МИДЕИ, отношение к вашей персоне и к вашей деятельности даже в самой команде президента Воронина было неоднозначным. Ходили слухи, что один из советников Воронина даже ставил ультиматум: «Или я, или Стратан!». Что вызвало такую реакцию?

Во время работы возникло несколько ситуаций в отношениях некоторых высокопоставленных лиц нашей страны с МИД, и это естественно. У нас был мандат продвигать внешнюю политику и проводить все внешнеполитические реформы, и кое-кого это беспокоило, нас пытались отклонить от заданного вектора. Наверное, были разные инициативы, цели, потому что атака была не только на МИД, это была атака на внешнюю политику в целом. Кто-то не хотел, чтобы Республика Молдова шла по этому пути в отношениях с ЕС, и именно по этим причинам они предпринимали нападки против министерства. Я был знаком с содержанием информативных заметок, появившихся в то время в СМИ. Я знаю этих людей, это была целая группа, которая намеренно дезинформировала политическое руководство государства. Все это было довольно низко и даже гнусно, потому что они опускались на личностный уровень, на семейный уровень. Это и был уровень тех, кто намеревался очернить деятельность ведомства, которым я руководил. Я не думаю, что уместно называть вам имена, но некоторые из этих людей до сих пор продолжают работать в государственных учреждениях, сидят в своих кабинетах и ведут себя как кроты, потому что они сохранили свои должности, хотя их продвигали прежние власти. Но жизнь продолжается и надо простить, но не забыть, потому что их действия и возводимые ими препятствия были направлены не только против меня лично или против МИД, это были действия, направленные против Республики Молдова. Они хотели остановить нас на начатом нами пути, остановить наше движение к ЕС ради достижения реальных результатов.

О чем вы больше всего сожалели в тот период?

Не могу сказать, что были сожаления, я сожалею только о том, что мы не смогли подписать больше соглашений, больше документов с ЕС. В то время в министерстве сформировалась хорошая, слаженная команда молодых специалистов, деятельность которых принесла большую пользу Министерству иностранных дел. Наверное, подавляющее большинство бывших коллег по министерству продолжают свою деятельность, в настоящее время они находятся на руководящих должностях учреждения или назначены послами. Это преемственность, и хорошо, что она есть, чего я не могу сказать о других министерствах. Очень часто деятельность правительства смешивают с деятельностью секты, тогда как деятельность исполнительной власти должна основываться на других принципах, а не на принципах личного, дружеского, кумовского, кофейного товарищества и т. д.

«Сейчас главное – осторожность и взвешенность»

На ваш взгляд, сохраняли ли преемственность во внешней политике те, кто руководил министерством после вас?

Я думаю, преемственность сохранилась, но я хочу вернуться к 2009 году. Тогда новое руководство должно было быть более настойчивым и не согласиться с переводом Республики Молдова в другой политический проект вместе со странами, у которых не было и нет желания интеграции в ЕС. Эта спешка затормозила некоторые результаты, которых мы могли бы достичь.

Как тогда складывались отношения с Российской Федерацией?

По сравнению с сегодняшней ситуацией они были намного лучше, была ясность в отношениях с Российской Федерацией. Очевидно, были некоторые разногласия, связанные с Меморандумом Козака, который необходимо было подписать тогда для урегулирования приднестровского вопроса. Не думаю, что нужно более подробно останавливаться на тогдашних проблемах, и почему этот меморандум не был подписан.

Затем последовали некоторые разногласия экономического порядка, невозможность экспорта товаров из нашей страны. Однако, несмотря на это, проходили систематические переговоры, встречи на уровне министров, на уровне правительства, на уровне руководителей стран, поэтому вопросы выносились на повестку дня и решались.

Сегодня у нас совсем другая ситуация. На мой взгляд, нам следовало бы быть намного осторожнее в отношениях с государствами, с которыми у нас есть история сотрудничества, и я думаю, что сейчас не время разделять: кто наши партнеры, а кто – нет. Мы с беспокойством следим за тем, что происходит в соседней стране, Украине, мы все об этом сожалеем, но в то же время надеемся, что этот пожар, который разгорелся у нашего забора, не перекинется на наш двор, а это очень сильно зависит от руководства государства. Не надо выступать с оценочными или провокационными заявлениями, потому что мы здесь не играем в войну. В настоящее время на плечах руководства страны лежит огромная ответственность перед гражданами, и каждое слово должно быть взвешено. Какой была ситуация в Украине в январе, начале февраля и что мы имеем сегодня. Трудно предсказать, когда закончится это тяжелое испытание для украинского народа и какова будет дальнейшая перспектива развития Украины. Вот почему мы сейчас, более чем когда-либо, должны быть очень, очень осторожными в том, что мы говорим и делаем.

Есть поговорка «и волки сыты, и овцы целы». Возможно ли в этом контексте для Республики Молдова продолжить европейский для Республики Молдова продолжить европейский вектор, не разрушая и не разрывая отношений с Российской Федерацией?

Согласно политике ЕС, нашей стране не запрещено вступать в экономические, политические или социальные взаимоотношения с политическим формированием или другим государством. Более того, во время переговоров по соглашению о свободной торговле с ЕС я спрашивал, не является ли проблемой продолжение экономических отношений с Российской Федерацией. Тогда ответили, что таких условий нет. Не думаю, что наше участие в различных форумах и инициативах в рамках СНГ является препятствием и негативом для нашей страны.

В нынешних условиях, когда идет война на границе, должна ли Республика Молдова присоединиться к тем санкциям, которые Запад наложил на Российскую Федерацию?

Я снова возвращаюсь к политике, которую должно продвигать руководство государства. Не обсуждается, что мы должны кому-то угождать или что у нас есть какие-то письменные обязательства, которые мы должны соблюдать, – ни в коем случае. Нас вполне могут понять европейские институты и государства-члены ЕС, поэтому в данном случае мы должны вести себя корректно.

То, что могла сделать Республика Молдова, она сделала, мы это продемонстрировали. Молдаване открыли двери своих домов и с распростертыми объятиями встретили граждан Украины. Мы вели себя как очень хорошие соседи, но чтобы присоединиться или не присоединиться к санкциям, мы должны учитывать, что мы получим и что потеряем. Кто-то заставляет нас сделать это? Мы являемся государством-кандидатом, но в документе, который был одобрен, не указано, что мы должны присоединяться к санкциям. Есть Венгрия, страна ЕС, есть Турция, страна-кандидат в ЕС и член НАТО, которые не присоединились к санкциям, потому что каждое суверенное и независимое государство должно решить для себя, вводить ли какие-то санкции или нет.

Все чаще говорят о выходе Республики Молдова из СНГ, насколько правильным будет такое решение?

Что мы получим, если покинем СНГ? Наоборот, мы должны использовать те возможности, которые дает нам наше присутствие как в европейских институтах, так и в институтах СНГ. Если была бы программа экономического развития государства, инвестиционного развития Республики Молдова, мы могли бы, наоборот, воспользоваться своим присутствием в ЕС и в СНГ. Но сегодня мы имеем то, что имеем, наверное, некоторые руководители министерств не способны произвести оценку, подсчет нашего экономического развития.

«Правительство — не секта, в которую можно привлекать только своих людей»

Как вы оцениваете нынешнюю деятельность МИДЕИ? Какой совет вы могли бы дать своим коллегам?

Я лично внимательно следил за процессом оценки и решениями, принятыми европейскими институтами. Несмотря на все, что сейчас говорят в обществе, это огромный политический успех для Республики Молдова. Сейчас, когда был получен данный результат, многие говорят, что тоже приложили к этому руку, но самый большой объем работы был у МИДЕИ.

Я лично не знаком с нынешним министром Нику Попеску, но его способности и связи в международных и европейских структурах открыли нам возможность получить этот результат. Не так-то просто было вести переговоры с министрами иностранных дел стран ЕС и убедить лидеров этих стран проголосовать за такое решение.

Сегодня в обществе есть критика и недовольство деятельностью власти, потому что обещали одно, а получилось совсем другое, обещали лучшие времена, а у нас обратная ситуация. Обязательства, которые стоят перед нами после получения статуса кандидата в члены ЕС, требуют от нас другой производительности и другого подхода. Европейская комиссия и европейские институты не будут слушать наши объяснения относительно накопившихся ранее задолженностей. Если мы подали заявку на получение статуса кандидата, то нам нужно составить дорожную карту, и в установленные сроки должны быть согласованы не более 30 глав Соглашения о Сообществе, и каждое министерство должно отвечать за свое направление. Если не будет желания и способности руководителей выполнять взятые на себя обязательства, то нам, наверное, не нужно было подавать заявку на вступление в ЕС. В противном случае мы можем получить те же результаты, что и в случае переговоров, например, с «Газпромом».

Поехали, договорились, были подписаны какие-то документы, которые в итоге оказались во вред Республике Молдова и ее гражданам. Я не знаю всех тонкостей переговоров, но в данном случае речь может идти либо о некомпетентности человека, который их вел, либо о прямом воздействии на этого человека, чтобы он принял формулу расчета газа, который мы импортируем, с включением долгов приднестровского региона. Иначе, как можно назвать то, что произошло? Наверное, нужно было вовлечь в переговорный процесс специалистов из Moldovagaz. Такой формулы, такого расчета и такого уровня еще никто не продемонстрировал в переговорах с «Газпромом». В итоге мы оказались в той ситуации, в которой находимся сейчас, и не знаем, как выбраться из этого лабиринта, мы загнаны в угол.

Для меня было довольно неожиданно наблюдать за заседанием правительства, на котором говорилось, что энергетическая стратегия будет разработана и, возможно, утверждена в начале следующего года. Чем сейчас занимается министерство? Нас постоянно информируют о том, что мы получаем поддержку от партнеров по развитию через различные проекты и программы. Если сотрудники министерства не способны, было бы уместно запросить участие международных экспертов, в том числе в разработке энергетической стратегии. Ситуация в энергетике критическая, до зимы еще полгода. Как это возможно, что у нас нет стратегии в энергетике до зимы, что мы будем делать дальше? Будем рубить дрова? Нам предложат готовить кизяк, чтобы отапливать школы, детские сады, больницы и дома?

На мой взгляд, необходимо провести кадровые перестановки в правительстве. Правительству необходимо избавиться от многих людей, занесенных политическим ветром на определенные руководящие посты, и точно так же они должно уйти с этих постов. Это не игра, у граждан уже нет времени и терпения ждать результатов «экспериментов». Экономическая и финансово-банковская ситуация убеждает нас в том, что дела идут не так, как хотелось бы.

Для того чтобы иметь международный политический авторитет, авторитет в глазах наших граждан, которые еще не утратили полностью доверие к политическому классу, я бы видел г-на Нику Попеску премьер-министром. Но в то же время, ему должна быть предложена возможность привести в правительственную команду ответственных и компетентных людей, с которыми ему было бы намного легче работать и вносить свой вклад в политическое, экономическое и социальное развитие государства.

И тогда мы были бы уверены, что нынешний МИДЕИ станет тем локомотивом, который подтолкнет всю правительственную команду к работе именно в направлении евроинтеграции.

Считаете ли вы, что одной из самых больших ошибок нынешней власти было снятие с руководящих должностей в министерствах людей, которые служили при прежнем режиме, но являются настоящими профессионалами?

Чтобы не допустить оттока специалистов из высшего звена министерств, в закон о правительстве были внесены изменения, устанавливающие должности государственного секретаря и генерального секретаря, которые должны обеспечить преемственность реализации программ деятельности. Но, к сожалению, было решено выдвинуть на эти должности удобных людей для новых начальников. Это совершенно неправильный подход, потому что в министерствах не так много профессионалов, чтобы позволить нам такую ​​роскошь и менять их только потому, что они работали при других правительствах. Известно, каков уровень подготовки многих руководителей и специалистов в министерствах и ведомствах, поэтому повторяю: правительство и государственная деятельность – это не секта, в которую можно привлекать только своих людей. Правительство — это не клуб, куда ходят с друзьями и родственниками ради развлечения. Необходимо возобновить передачу «Час правительства» на национальном телевидении, еженедельно приглашать руководителя министерства или ведомства, который будет отвечать на вопросы граждан.

«Мы больше не можем впадать в крайности»

Сейчас вы продолжаете дипломатическую деятельность, но несколько на ином поприще, став Почётным консулом Черногории в Республике Молдова. Почему выбор пал именно на Черногорию?

Будучи национальным координатором пакта стабильности для Юго-Восточной Европы, я имел честь и возможность представлять Республику Молдова в этой региональной инициативе. Я несколько лет подряд участвовал в различных политических мероприятиях, запущенных для стран Западных Балкан.

Каждое балканское государство имеет свое очарование.

Сейчас я поддерживаю дружеские отношения с бывшими коллегами, которые были министрами иностранных дел, стали впоследствии президентами своей страны, а сейчас работают в различных международных структурах. Мне поступило предложение от коллег из Черногории представлять интересы их государства в Республике Молдова, учитывая, что у них нет возможности открыть посольство в Кишиневе. Естественно, я принял это предложение.

С 24 февраля я помог многим гражданам балканских стран покинуть Украину, а затем вернуться в свою страну. Я рад, что у меня была возможность спасти жизни многих людей. Это было время, когда я ездил в Украину, чтобы помочь людям, которые спешили уехать оттуда. У некоторых были документы, у других – ничего не было: даже финансовых средств. Я рад, что благодаря нашим усилиям людям удалось благополучно вернуться домой.

Расскажите, пожалуйста, чем вы занимаетесь в настоящее время.

Консульство Черногории в Республике Молдова не имеет таких возможностей, какие есть у посольства. Мы работаем в пределах компетенций в экономической, социальной, туристической сфере, к нам обращаются за социальной помощью. Посольство Черногории находится в Бухаресте и, очевидно, все наши отношения осуществляются через Почетное консульство.

Вы профессионал, человек с большим опытом работы, обладаете большим объемом информации и умением ее анализировать. Однако вы почти не даете интервью и комментариев, не появляетесь в телепередачах, в отличие от многих ваших бывших коллег. Почему ваше экспертное мнение так редко появляется в СМИ?

Я думаю, что в ближайшее время буду появляться чаще, потому что я участвовал в различных мероприятиях за рубежом, имел обязательства в этой деятельности. Я вернулся в страну в начале этого года. В результате обсуждений и убеждений принял руководство Республиканской партии в нашей стране, и в настоящее время мы находимся в процессе обсуждения, консолидации команды, в том числе в территориях, и я надеюсь, что в будущем у меня будет возможность чаще высказывать свое мнение по той или иной теме.

В случае возможных перестановок в действующем правительстве вы согласились бы на какую-либо должность?

Я бы не согласился занять ответственную должность, но мог бы быть полезен в качестве внештатного советника, если бы мне предложили участвовать в составлении каких-либо документов. Хотя эта информация до сих пор не была открыта, я являюсь главой Центра стратегических исследований в Республике Молдова, у нас есть достаточно хорошая команда специалистов, которые анализируют и готовят различные отчеты, информативные записки о ситуации в нашей стране и перспективах развитии.

Почему вы не согласились бы занять высокую должность?

Я хочу вернуться в национальную политику, поэтому согласился занять пост председателя Республиканской партии, которая будет проводить центристскую политику. В настоящее время необходим политический баланс. Люди устали и хотят спокойной обстановки, прогноза и ясности, понимания того, что есть сегодня, что последует завтра и что будет послезавтра.

Мы должны воспользоваться хорошими отношениями, которые у нас сложились со всеми нашими внешними партнерами. Мы не та страна, которая может изменить геополитическую ситуацию в мире, мы должны быть корректными, чтобы не вызывать политическую аллергию у наших международных партнеров. Не вызывает сомнений то, что большая часть политического класса в Республике Молдова нуждается в изменении. Нам нечего делить, но мы не должны позволять другим пытаться разделить нас как страну и как народ.

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

[No canvas support]
  • Проголосовано 0
Родовая книгаКатрук Валерий
Баллады о предкахСандуляк Владислав