ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ Все новости

ещё темысвернуть
Loading...

Гарри Ширман — легенда молдавского джаза

Гарри Ширман — легенда молдавского джаза

Очерк о выдающемся молдавском джазмене был недавно опубликован в одном из российских специализированных  изданий. 

Его автор, Борис Турчинский, рассказывает о Гарри Ширмане, - музыканте, чье творчество связано с одной из самых ярких страниц джазовой молдавской культуры. В этом году легенде молдавского джаза исполнилось бы сто лет – до своего столетнего юбилея он не дожил буквально два года.  Публикуем фрагменты этого очерка.

Самый главный повод

Так уж сложилось в моей музыкальной судьбе, что имя этого человека часто всплывало в рассказах моих многочисленных друзей из Молдавии. Ближайшими друзьями были Валентин Дынга, известный молдавский композитор, впоследствии народный артист республики Молдова, и вокалист Израиль Бикван.

В далекие 70-е годы мы вместе служили в одном из военных оркестров Одессы. Эти люди — мои первые гиды в историю обширного и увлекательного мира молдавской музыки, как народной, так и джаза. Валентин Дынга, к сожалению, недавно ушел из жизни. А Израиль живет и здравствует в Нью-Йорке. Недавно через «Фейсбук» я получаю фото Биквана. А с ним... Кто же это?.. Гарри Ширман?  Я вспомнил, как много мне рассказывали когда-то друзья об этом уникальном музыканте из Молдавии.

Гарри (Хуна Аронович) Ширман родился 4 ноября 1919 года в городе Кишиневе Бессарабской губернии. Молдавский джазовый музыкант-мультиинструменталист (саксофонист, кларнетист и скрипач), эстрадный композитор и дирижер. Родился в семье портнихи Ципы-Молки и шорника Арона Абрамовича Ширмана, был младшим из четверых детей.

Гарри обучался игре на скрипке в Кишиневском императорском музыкальном училище, в 1932–1936 годах учился в Кишиневской консерватории «Униря» по классу скрипки, одновременно играл в оркестрах гостиницы «Ambasador» (1934–1935) и театра «Alhambra» (1936). В 1936 году семья переехала в Бухарест, где Гарри работал скрипачом в оркестре Петра Лещенко в ресторане «Bulevard» и других свинговых коллективах.

После 1940 года вернулся в Кишинев, где вместе с Шико Арановым работал в  оркестре кинотеатра «Орфеум», выступая перед сеансами и сопровождая музыкой немое кино.

В годы Великой Отечественной войны выступал на фронтах в составе оркестра молдавской эстрадной музыки под управлением Шико Аранова.

После расформирования Молдгосджаза в 1948 году поступил в Кишиневскую государственную консерваторию по классу скрипки, играл в Молдавском государственном симфоническом оркестре под управлением Б. С. Милютина.

С 1953 года на протяжении трех лет Гарри руководил консерваторским студенческим симфоническим оркестром, а также эстрадным оркестром и вместе с Шико Арановым выступал в составе оркестра кинотеатра «Родина» (впоследствии «Патрия»).

С 1956 по 1964 год был музыкальным руководителем восстановленного Молдгосджаза (Молдавский государственный джазовый оркестр под управлением Шико Аранова, впоследствии — эстрадный оркестр «Букурия»), для которого написал и аранжировал ряд композиций (в 1962–1964 годах также возглавлял оркестр). С 1964 года — солист эстрадно-симфонического оркестра радиокомитета Молдавии под руководством Шико Аранова. После расформирования коллектива Ширман переключился на работу с молодыми джазовыми музыкантами. Организовал оркестры в политехническом институте и автодорожном техникуме Кишинева.

Жизнь и творчество Гарри Ширмана невозможно отделить от жизни и творчества другого выдающегося молдавского музыканта, его коллеги и друга Шико Аранова. У этих людей много общего — прежде всего то, что оба они талантливы.

«Букурия» значит «радость»

Шико Аранов — молдавский дирижер, композитор, основатель и руководитель первого молдавского джаз-оркестра «Букурия», народный артист Молдавской ССР.

 Автор 8 сюит и 12 фантазий для эстрадного оркестра, более двухсот джазовых композиций, музыки к хореографическим сценам, к кинофильмам «Ляна» (1955) и «Молдавские напевы» (1959, совместно с Василе Загорским) киностудии «Молдова-филм», нескольких шлягеров военных лет (в том числе песни «Я не вернуться не мог...» на слова Константина Славина, 1943), песен на русском языке «Аурика», «Ночь в Молдове», «У Днестра», множества эстрадных песен на молдавском языке. Создал многочисленные джазовые обработки молдавских, еврейских и русских народных песен.

Джаз-оркестр Шико Аранова во всех его воплощениях являл собой типичный биг-бэнд и специализировался на свинге. Помимо произведений самого Аранова, оркестр исполнял вошедшие в джазовый канон номера Луи Армстронга, Гленна Миллера, Джорджа Гершвина. Именно в оркестре Шико Аранова прозвучали первые произведения начинающего композитора Евгения Доги. Здесь начинал другой молдавский композитор - Олег Негруца.

Музыкальным руководителем оркестра долгое время был герой нашего очерка тенор-саксофонист и скрипач Гарри Ширман, с которым Аранов играл еще в Бухаресте.

В этом оркестре появились первые и самые лучшие обработки, под свежим звучанием народной музыки удавалось завуалировать интересные джазовые вещи. И делалось это здорово: Аранов и Ширман были прекрасными аранжировщиками.

Своя, особая дорога

Гарри Ширман написал прекрасную книгу о своей жизни «По волнам моей памяти». Передо мной ворох откликов наших коллег на эту книгу. Гарри помнят и любят в кругах музыкантов. Вот письмо его поклонника из Кишинева: «Дорогой Гарри, я прочитал ваши воспоминания. Было интересно и трогательно... Каждый в жизни идет своей дорогой. Значит, весь смысл в самой дороге, как по ней идти... Если идешь с удовольствием, это твоя дорога. Вы нашли свой путь и не ошиблись. И. Фельдман, Кишинев».

Своими воспоминаниями о тех годах  делится и  известный трубач Аркадий Агашкин:

«Когда я пришел работать в „Букурию“ в 1967 году, Гарри Ширман уже работал в оркестре радио. В то время это был уже известный музыкант, и я на него смотрел снизу вверх. Он замечательно играл на нескольких инструментах — на кларнете, саксофоне и скрипке, даже не знаю, как эти инструменты расставить по очереди, в смысле виртуозности игры на них Ширмана. Но все-таки музыканты считали его прежде всего первым саксофонистом Кишинева. А город этот очень музыкальный, и признание такого первенства говорит о многом!

Что ни говори, этот человек был легендой джаза, и многие стремились с ним поиграть. Мне тоже посчастливилось несколько раз с ним музицировать. Для меня, очень молодого тогда музыканта — было мне всего 19 лет, это было здорово и почетно!

Оркестр Шико Аранова, где музыкальным руководителем был Гарри, дал тысячи концертов по всему необъятному СССР. Несколько раз выступал и перед Сталиным, что говорит о его популярности и профессионализме.

Вспоминая свою работу в „Букурии“ с такими супер-музыкантами, я скажу, что это стало для меня прекрасной школой. В 19 лет быть первым трубачом Молдавского государственного джаз оркестра было очень ответственно и серьезно и стало моей визитной карточкой на всю творческую жизнь. И я очень рад, что одним из моих учителей и наставников был легендарный Гарри Ширман».

Как в Кишиневе появился джаз

Из воспоминаний самого Гарри Ширмана:

 «В конце 30-х годов в Бухаресте джаз был в моде. Было много талантливых биг-бэндов. Однако уже чувствовалось дыхание войны. И многие музыканты решили переехать в Молдавию. Среди них были Шико Аранов и я.

Все годы, что мы проработали вместе с Арановым, он был художественным руководителем, а я — руководителем музыкальным. Спорили только на музыкальные темы, но всегда находили консенсус. Какой он был интеллигент, эстет, а какая светлая голова!»

Тяжело пришлось двум талантливым людям «пробивать» дорогу джазу. Но все же удалось уговорить кишиневское начальство выступать в кинотеатре «Орфеум». Добавлю «для истории», где находился этот кинотеатр: сначала он располагался на втором этаже здания на углу Штефана чел Маре и Пушкина. Люди специально приходили в кино, где перед сеансами играли настоящий джаз, послушать музыку».

Коллега и друг: Шико Аранов

Еще до войны  Аранов вернулся в Кишинев и стал играть в эстрадном оркестре Шарля Брейтбурда перед сеансами в открывшемся кинотеатре «Орфеум».

Каждое выступление оркестра публика принимала «на ура», что во многом обеспечивало план кинотеатра. Туда горожане вскоре стали ходить не столько ради фильма, сколько пообщаться в уютном буфете и послушать музыку. Оркестр, популярность которого все росла, перевели под крышу открывшейся филармонии. Художественным руководителем Молдавского государственного джаз-оркестра (Молдгосджаза) назначили Шико Аранова. Этим жестом, узаконившим джазовую музыку, новая власть подчеркнула, что молодой республике не чужды модные веяния.

35-летний Аранов с энтузиазмом взялся за создание программы.

В 1943 джазистов пригласили в Кремль. Кстати, такое бывало не раз. Предупредили: на концерте будет присутствовать сам Иосиф Виссарионович! Музыканты загрузились было в автобус, чтобы ехать на репетицию, но вежливые сотрудники их остановили. Спросили у музыкантов и записали, в каком порядке им, «особистам», следует расставить инструменты для музыкантов на сцене и как приготовить саму сцену, и уехали.

За два часа до концерта наших артистов с развернутыми паспортами проводили на сцену. К их удивлению, все инструменты службисты расставили с абсолютной точностью, даже костюмы выгладили.

Сталин первым начал аплодировать выступлению коллектива под управлением Шико Аранова, а затем, ну, вы понимаете... Присоединились все. И был шквал оваций.

После концерта выступавших хорошо накормили, угостили деликатесами. А на другой день артистам и их семьям выдали зимнюю одежду. Из Москвы оркестр отправился по воинским частям и госпиталям. Объехали полстраны, дав 700 концертов! Заработанные средства Молдгосджаз сдавал в фонд обороны.

В 1945 году оркестр Аранова выступал в Омске. «В стране была страшная разруха, это ощущалось даже здесь, в глубоком тылу. Люди еще не отошли от страданий, а тут музыка Аранова — яркая, сверкающая!», — рассказывает Владимир Сливинский, оказавшийся на том концерте.

Композитор Владимир Сливинский услышал тогда популярную песню на музыку Аранова «Я не вернуться не мог» и через много лет восстановил по памяти ее мелодию. Популяризатор творчества Аранова, заслуженный деятель искусств Молдовы, Зиновий Столяр узнал историю этой песни. Оказалось, на эти стихи композитор наткнулся, увидев обрывок газеты. Стихи написал, как выяснилось, режиссер Константин Славин. Он, уроженец Новороссийска, сочинил стихи эти в 1943 году после освобождения родного города.

Песней «Я не вернуться не мог» Молдгосджаз начал концерт в первом освобожденном городе Молдавии — Сороках. Сюда оркестр вошел вместе с войсками 2-го Украинского фронта. За концертную деятельность в годы войны многие музыканты удостоились орденов и медалей...

Вот как Гарри Ширман вспоминает о гастролях во время войны.

«...Маршрут следовал на Дальний Восток, мы ехали на семь месяцев давать концерты войскам и жителям края. На маньчжурской границе стояла огромная армия, которой надо было облегчить жизнь культурными развлечениями. Задача была нелегкая. Переезды в зимнее время в холодных автобусах почти каждый день, большие расстояния, холодные клубы... Но зато какую радость мы приносили людям! Городов было много, все и не упомнить. Были в Хабаровске, где помимо концерта давался бал в фонд Красной армии. Собранные деньги пошли на покупку танка от джаз-оркестра Молдавии».

 Коллектив просуществовал до осени 1947 года, после чего вернулся в Кишинев, новую столицу Молдавской ССР. Много сил и энергии было потрачено на то, чтобы реорганизовать коллектив, который получил новое название «Букурия». Не хватало эстрадных музыкантов, и их по крупицам собирали по всему Советскому Союзу. Все в то время было непросто. Но наша молодость, энтузиазм и большое желание сделали свое дело. Довольно скоро новоявленный джаз оркестр выступил со своей первой программой.

После войны отношение к джазу переменилось в худшую сторону по всему Союзу, зацепило это и Молдавию. Но Аранов умел так подать себя и оркестр, что опасных моментов не возникало долго.

В 1948 году и Молдгосджаз  расформировали.  Власти, учитывая организаторский опыт Аранова и его знание молдавского фольклора, предложили ему возглавить оркестр ансамбля народного танца Молдавской ССР. Имя «Жок» этот ансамбль получил позже. На празднование 70-летия Сталина в Георгиевский зал Кремля пригласили элиту всей страны. Среди гостей оказался и ансамбль из Молдавской республики.

Рассказывает народный артист МССР Ион Фурника

Руководитель Николай Болотов сделал сюиту «Букурия» на музыку Аранова. Танцовщицы, исполняя хору с корзинами винограда, складывали из них число 70. И снова как когда-то, Сталин поднялся и зааплодировал, его примеру последовал зал.

Перед IV Всемирным фестивалем молодежи и студентов в Бухаресте молдавский ансамбль «идеологически озадачили»: любой ценой «побить» румын!

Для постановки танцев уже не в первый раз пригласили Игоря Моисеева. С тремя солистами ансамбля мэтр отправился в фольклорную экспедицию в Припрутье, откуда танцоры были родом (Спиридон Мокану — кагульчанин, Георгий Форцу и Ион Фурника — уроженцы села Манта). Как в старину, здесь парни и девушки по воскресениям выходили на «хору». Побывав на молодежной «хоре», Моисеев попросил лучших стариков-танцоров показать свое умение. Характер и рисунок движений Моисеев не только запомнил сам, но и обратил на них внимание танцоров ансамбля.

Несмотря на удачи оркестра, в душе Аранов оставался джазменом. Когда джаз снова разрешили, он сделал новый рывок. И оркестр «Букурия» принес ее руководителю не только радость, но легендарную славу. Во вновь созданной им команде было почти тридцать человек (включая реквизиторов). Оркестранты, как правило, владели несколькими инструментами. Это позволяло легко делать замены и обогащать музыку. Среди инструментов встречались и экзотические — банданион (мини-баян), маракасы (музыкальные «погремушки»), кастаньеты и тамтамы.

В оркестре работали музыканты высокого класса. Джазовый трубач Моисей Гольдман, сакс-тенор и солист Гарри Ширман. Соня, аккомпаниатор, сестра Гарри и жена Рувена Капланского, вокалиста и любимца всего коллектива. Ефим Балцан, выпускник музыкально-педагогического института имени Гнесиных, выступавший в Московском театре оперетты. Обладатель бельканто, Ефим имел чутье на песни, которые не без его участия становились шлягерами. Аранов опекал и Дорику Рошку — она с блеском исполняла молдавские и эстрадные песни в его обработке. Восхищался Иваном Добруновым, аранжировщиком и тромбонистом. Обожал молодого дирижера Иванова, умевшего за 20 минут «накатать» оркестровку или прелюдию.

Таланты выискивали по всему Союзу. В 1957 году «Букурия» приехала в Саратов. Выпускник местной консерватории Геннадий Добров тогда играл в оркестре перед киносеансами. Придя с музыкантами в кино, руководитель «Букурии» услышал игру молодого саксофониста, предложил перейти к нему. «Конечно, я сразу согласился»,— улыбается 70-летний Геннадий Добров, заслуженный артист Молдавской ССР,— у Аранова играть считалось за честь. Даже недолгое пребывание в его коллективе закрепляло за музыкантом емкую характеристику — „арановец“. Она служила „пропуском“ в самые престижные коллективы».

На режиссерские выдумки Шико Бениаминович был неистощим. Происходящее на сцене обставлял ярко и празднично. Номер подавался так, что даже не смыслящий в джазе зритель не замечал, что концерт идет третий час...

Первое отделение музыканты исполняли в национальной одежде; на второе выходили в концертных костюмах с бабочками. «Сцена не прощает небрежности, — повторял  Аранов,— Артисту мало играть как Богу, ему до мелочей следует продумывать свой костюм, выход и даже манеру держать инструмент». Считал: джазист и вне сцены джазист. Ставил всем в пример скрипача Наума Лозника и трубача Колю Греку. В любое время суток они выглядели, как актеры заграничных фильмов: в крахмальных рубашках с запонками и в костюмах без единой морщинки. А сам Шико Бениаминович! До последних дней за ним сохранялась репутация стильного и элегантного мужчины. В модном костюме, сшитом на заказ, в облаке дорогого одеколона, Аранов восхищал женщин и мужчин. Продуманный антураж в трудное послевоенное время создавал «Букурии» ореол аристократизма, музыканты чувствовали себя королями.

Аранов добился у министерства культуры закупки инструментов от лучших производителей. В 50-х годах «Букурия» стала обладательницей пяти саксофонов французской фирмы «Selmer», четырех труб, стольких же тромбонов и ударной установки «Linux». А в 60-х Аранов выхлопотал, чтобы музыкантам разрешили выкупить французские инструменты. Считал: оркестранты это право заслужили.

***

Я много раз бывал дома у Гарри, где он за чашкой чая рассказывал мне о своей жизни и творчестве, показывал мне свой большой архив фотографий.

Я, буквально с первого дня нашего общения, был потрясен великолепной памятью этого человека, который в мельчайших деталях мог рассказывать о своей творческой биографии, вспоминать интереснейшие случаи в своей жизни 60-летней давности, рассказывать об оркестре «Букурия», о гастролях по всему Советскому Союзу, о музыкантах этого оркестра, помня имена каждого из них. Гарри Ширман меня также поразил тем, как он все это излагал. Он великолепный рассказчик, которого можно слушать бесконечно.

Человек-легенда в буквальном смысле этого слова.

Гарри предоставил мне несколько пластинок с записями оркестра «Букурия», которые я перевел в цифровой формат, а из некоторых произведений, с его разрешения, сделал клипы, которые разместил на «YouTube».

Квартира Гарри — как маленький музей: на стенах висят многочисленные фотографии, афиши прошлых лет. Ощущается атмосфера истории.

33 оборота

Записей оркестра «Букурия» того периода сохранилось немного, всего какой-нибудь десяток. Есть две виниловые пластинки (33 оборота), выпущенные в 1964 году на Апрелевском заводе грампластинок.

Работа над записями музыки проходила под руководством дирижеров Ш. Аранова и Г. Ширмана.

Что звучало на этих пластинках? «Приветствую тебя, Кишинев», музыка О. Негруцы на стихи Л. Деляну, солистка Д. Рошка. «Где-то тихо играет скрипка», музыка В. Вилинчука, слова Л. Деляну, солист Ион Басс. «Родилась новая улица», музыка С. Шапиро на стихи Е. Кримермана, солистка Наталья Трухтанова. «Кишиневские девушки», музыка Ш. Аранова на стихи А. Бусуйока, солист Ефим Бэлцану. «Я не шучу», музыка Ш. Аранова на стихи Е. Кримермана, солистка Людмила Иванова. «Цветочек», музыка В. Вилинчука на стихи А. Бусуйока, солист Ефим Бэлцану. «Идут поздние дожди», музыка С. Шапиро на стихи А. Бусуйока, солист Ефим Бэлцану. «Привет», музыка В. Вилинчука на стихи Е. Кримермана, солист Ефим Бэлцану. «Кто виноват», музыка Ш. Аранова на стихи Э. Радова, солист Ефим Бэлцану.

Упомянутый звуковой материал с надлежащей полнотой представляет исполнительский стиль и репертуар оркестра.

 

Подпишитесь на нас в Telegram, если хотите знать больше

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Ещё
load