ГЛАВНЫЕ ТЕМЫ Все новости

ещё темысвернуть

Финал эпохи. Западная система начала пожирать сама себя. Взгляд из Америки

Как пытаются переформатировать человека? Дадут ли возможность мужчинам и женщинам оставаться самими собой и как отстоять свое право на это? Об этом размышляет Ирина Мухина - кандидат физико-математических наук, консультант по Big Data, международный лектор.

В 1986 году окончила механико-математический факультет Новосибирского госуниверситета, специализация «Искусственный интеллект». Имеет 20-летний опыт работы в аналитических отделах поддержки бизнес решений в финансовых транснациональных корпорациях Америки и Канады. Сейчас возглавляет частную школу в Канаде.

***

В интернете я себя позиционирую как «традиционная бабушка оцифрованного мира». В Канаду я приехала 25 лет назад, как кандидат физтех наук, и моя карьера здесь в цифровых технологиях сложилась просто головокружительно. Но я как женщина, своим сердцем стала ощущать, что люди, среди которых я живу, не соответствуют тому ощущению социума, в котором я выросла в Сибири, в Академгородке, среди ученых, среди того социума, где люди горели какой-то идеей служения – служения науке, служения будущему обществу. Такие мотивы здешнему, западному обществу были совершенно чужды.

От этого начался мой поиск того, что же происходит, когда общество живет в сытости, благополучии и, конечно, в этих технологиях? И вот понятие технологической цивилизации уже давно меня заставило задуматься над вопросом: что такое живое и что такое неживое? То, что происходит в этом году (интервью было записано в последних числах 2020 – прим.ред.) – честно говоря, я ждала, что это случится. Я не знала, как точно, но я понимала, что та цивилизация, в которой мы жили последние 30 лет после распада Советского Союза, неустойчивая. Не может существовать мир, у которого только один центр, и при этом это центр, который жестко тянет на себя одеяло со всей планеты.


Одним из примеров доказательства того, что это не может долго существовать для меня является то, что в Америке живет 4% населения земного шара, которое производит 40% мусора. Живя здесь, я все время удивляюсь количеству ненужных упаковок, одноразовой посуды, целлофановых оберток… Люди так к этому привыкли, что для них это какой-то культ. Культ внешнего по отношению к внутреннему.

***

Поэтому для меня было очевидно, что эту цивилизацию будут рушить, проводить перезагрузку. Вопрос был только – как эту перезагрузку будут проводить. Кто это будет проводить – для меня вопрос достаточно понятный в том смысле, что это система, которая сама себя будет перезагружать. И это – система неолиберального общества. То есть это те производства, технологии шестого технологического уклада, которые называются нано-, био-, инфо-, когнито- и в конце - социо-.

Люди все время думают о научно-техническом прогрессе, как о чем-то внешнем от человека, который делает человеческую жизнь удобнее. А вот тот уклад, который мы сейчас с вами переживаем, вот этот цифровой карантин, - это уклад, который меняет самого человека. И если рассмотреть эти пять составляющих, то инфо- - это информация, которой нас все время запугивают и дезинформируют, и с помощью которой нам иллюзии создают. Это меняет наш внутренний мир. Когнито- - это процессы нашего мышления, это процессы нашего обучения, это процессы нашего общения. И их тоже меняют. Меняют сильно, для того, чтобы когнитивно нас сделать более управляемыми, более послушными. Вот эта идея служебного человека, или человека одной кнопки это именно то, что сейчас очень эффективно реализуется. И через образование, и через развлекательно-просветительные программы. То есть чтобы человек забыл, что он часть живого, что он творец и создан Творцом.

То, что касается био-. Мы понимаем, что биологические добавки, фармакологические препараты, вакцины – это все, что меняет нашу биологию. Через генно-модицифированную еду, через воздух, которым мы дышим.

Ну и последнее – это социо-. Социоформаты – это именно то, что сейчас оцифровывают. Так как я записываю регулярно новости цифрового карантина, я смотрю, как за эти девять месяцев поменялось поведение. Нам навязывают новые шаблоны поведения. Те поведенческие привычки, которые были свойственны обществу в экономике услуг, они сейчас уже больше не приветствуются. Они порицаются и даже наказываются - штрафами, масками. Это именно то, что мы сейчас видим, когда социум посадили по всей планете в свои кубики, под свои экраны, и мы стали фактически заложниками цифрового пространства, виртуальности. И суть всего, как я уже сказала, сформировать человека послушного, человека, которого можно вписать в разделение труда. То западное техно-общество, которое позволило человеку жить удобно, комфортно, вся эта расслабленная жизненная установка создана для того, чтобы человек потерял человеческую свободу воли делать то, что хочет его душа.

***

Именно это меня вывело на ощущение того, что я живу, у меня все есть, но мне не интересно с людьми, потому что они полностью биороботы, они механические. А я чувствую, что моя душа не для этого сюда пришла. И я начала вспоминать про свое женское начало. Вот именно тот момент, что мы живые, что у нас есть свобода выбора, что мы можем и должны отвечать за то, что происходит с нами в жизни, и привел меня к тому, чтобы перестать отдавать свою жизненную энергию транснациональным корпорациям. Хотя, надо сказать, мне очень хорошо там за это платили. Но я начала ощущать, что радости это не приносит. Этап вовлеченности в такую индустрию как цифровая финансовая технология для глобальных рынков привел меня к пониманию того, что есть очень интересные интеллектуальные проекты, аналитические и технологические решения, но люди! Люди стали настолько мне чуждыми, что я ощутила, что если я и дальше буду ходить на работу и получать большую зарплату, но душа радоваться не будет, то зачем все это?

***

Как раз в это время обе мои дочери вышли замуж, и родили мне каждая по две внучки, и я считаю это одним из самых больших достижений. В этот момент я особенно сильно ощутила свое женское начало, и что я трачу свою энергию не на то! Я четко поняла, что я не хочу, чтобы мои внучки жили и работали в том мире, в котором работаю я. Меня это очень долго мучило – почему, я ведь вполне благополучна? Но наблюдая за тем социумом, в котором я работала, - а это белые воротнички белых воротничков и сливки сливок, - я обратила внимание на то, каковы там женщины. Помню, что когда я приходила на совещание, и на сцене люди рассказывали о чем-то, я не могла понять – мужчина сидит или женщина. Брючный костюм – ну это офисный стиль, это нужно. Тяжелые темные очки – ну тоже нужно. Но короткая стрижка, съеденные губы, голос… И этот диссонанс между тем, что я видела и что бы мне хотелось передать своим внучкам, привел меня к пониманию роли традиции. Для меня оказалось важным сохранить традиционное, национальное.

***

Начав об этом задумываться и видя все эти технологические вещи, я поняла, что здесь, на Западе, люди уже видоизменены. Они уже переформатированы. Все-таки общество, в котором выросла я, это были интеллектуалы, которые служили людям, науке, будущему. Ведь ученые Советского Союза не за деньги работали! А мои западные коллеги не понимали, как можно работать за идею, а не за деньги. Они говорили мне: «Это были неправильные ученые, потому что государство не платило им за открытия большие премии, которые шли бы в народное хозяйство, чтобы увеличивать уровень потребления». То есть здесь все измеряется уровнем продаж и уровнем потребления.

Поэтому время, в которое мы сейчас живем, этот цивилизационный излет меняет представление о том, что ресурс, то есть деньги важнее идеи. Я выросла там, где идея была важнее. Идея, которая ставила цель вне рамок твоей жизни. Ты живешь во имя твоих детей, внуков, и будущих поколений. А здесь все заканчивается на своей жизни. Здесь надо потреблять, здесь надо отдыхать, надо получать удовольствие, надо вкусно кушать.

И все эти мирские, материальные удовольствия они, конечно, нашу планету завели в полный экологический коллапс. Пластиком завернуты все океаны. Целые острова уже из мусора. Продолжать такими чудовищными темпами разрушать планету уже невозможно. И вот именно новый технологический уклад, новые технологии, которые прямо на моих глазах и рождались, они сейчас меняют природу человека. И я это очень остро почувствовала. Я почувствовала, что живу среди совсем не тех людей, от которых душа поет. Хотя и проекты, и позиции были интересные. Так что мое левое полушарие не могло жаловаться, но интуитивно я понимала, что моя энергия, мое внимание, моя жизненная цель расходуются в создание такого будущего, которого бы мне не хотелось для своих внучек.

***

И сейчас, размышляя о том, что происходит во время цифрового карантина, я прихожу к выводу, что это и есть перевод всего мира на новые социальные форматы. Чтобы человек с человеком не мог общаться, чтобы мы боялись друг друга. Вот на этом уровне происходит уже взаимодействие и людей, и социума.

Это все другой уровень, в том числе и научных исследований. Я заметила, что большинство ученых на Западе ангажированы. Если они будут говорить что-то, что не укладывается в парадигму идеологии трансгуманизма, им перестанут давать гранты. Я выросла там, где платили зарплаты и человек искреннее занимался всю жизнь своим исследованием, потому что ему было интересно, и не надо было бегать с протянутой рукой и искать кого-то, кто ему положит денежек. Ему не надо было гнуть выю, он не зависел от ресурсов. Потому что те, кто имеет ресурсы, будут давать деньги и фонды только тем, кто несет именно их идею. Тем самым ангажировали всю науку. Фармакологические исследования в медицинских журналах просто продвигают необходимость купить еще одно лекарство. И как кто-то хорошо заметил, «Когда твой врач говорит, что тебе надо вырезать почку, ты не знаешь, он говорит это потому, что у тебя действительно больная почка, или потому, что ему нужно купить новый автомобиль».

Это очень страшная формулировка, но торговля человеческими органами становится одним из прибыльных видов бизнеса, поэтому та инвентаризация людей, которая посредством нового типа вакцины теоретически рекламируется, - это один из способов инвентарно поставить под контроль все ДНК людей всего мира. Это очень серьезная задача, и уже есть технологические средства, которые позволяют ее реализовать.

***

Поэтому самый важный вопрос - понимает ли человек, что все эти технологии направлены на видоизменение его и его будущего. И это связано с его мышлением. Образование перестало давать возможность формировать человека целостного, человека, который может иметь сложное мышление, необходимое для поддержания современных технологий. А что у нас? Рецептурное образование, которое не дает фундамента, не дает возможности сложного развития мыслительных, когнитивных процессов. Предполагается, что все будут делать компьютеры. И человеку, в первую очередь ребенку не дают возможности тренировать мозг.

А что социум? Нас всех сейчас посадили дома, нас запугивают, в Англии на Рождество запретили обниматься с близкими. То есть селят страх от соприкосновения с живым человеком. Я часто думаю – каково же сейчас быть в молодом возрасте, когда так необходимы общение, радость, движение, сотворчество?

Все это приводит к тому, о чем я говорила в самом начале – человека делают механическим. Нас все больше и больше подчиняют трафаретам, механическому, расщепленному сознанию, чтобы нами управлять. И суть в том, чтобы мы научились отличать: что же является нашим живым, что же мы слышим в себе и что у нас от Творца, и что нам навязали.

***

На Западе сейчас очень видно, как женщинам начали достаточно интенсивно внедрять идею, что мужчины их подавляли, а они, бедные, на кухне стояли, в то время как мужчины делали открытия, летали на Луну, и теперь за это надо мстить. Я с девочками-подростками разговариваю, так у них уже так заточено желание мстить, желание занять место мужчин, доказать им что-то.

Поскольку я формировалась в другой среде, то я знаю, что бывает по-другому. Я росла на примере большой семьи, где женщина была и матерью, и профессионально реализовывалась. И это дало мне силы стать тем, кем я стала. Поэтому для меня семья – это действительно самое важное в жизни, и я вижу, что охота сейчас идет именно на семью.

Нам навязывают механический способ общения, так называемый унисекс. В парикмахерских уже нет разделения на мужских и женских мастеров, даже туалеты уже появились унисекс. Когда женщину по внешнему виду нельзя отличить от мужчины, для меня это абсурд.

Сильным мира сего, или хозяевам денег не нужно население. И сегодняшние нападки на семью являются квинэссенцией того, что происходит на Западе. Разрушение идет именно в том, что мужчин делают женоподобными, а женщин – мужеподобными. А движение Me too? Оно же направлено именно против тех политиков, которые сохраняют мужской дух. Их начали выдавливать из политического пространства, потому что они не вписываются в политическую инквизицию. Да, именно инквизицию! Она направлена на то, чтобы мужчина боялся, чтобы его дух был подавлен. А женщина становится воинственной.

***

Так появляются представители трансгуманизма. Тарнсгуманизм – это идеология, утверждающая, что человек недостаточно хорош, чтобы работать в этом научно-техническом прорыве и в этом цифровом мире. Человек имеет свойство ошибаться, болеть, а женщина еще и родит, и ей декретные надо платить. А зачем это надо? Базовый доход всем дадут и скажут – «сидите дома, вот вам тарелка супа, и занимайте себя виртуальными играми».

Сейчас социальное переформатирование общества манифестирует очень четкие тренды глобалистов. А именно: на разрушение традиционной семьи, на уничтожение мужского духа.

И если сейчас женщина пойдет на эту войну и станет мужеподобной воительницей, то мы разрушим эту цивилизацию на раз! В женщине живет гармония, живет красота, и эта гармонизация женского начала и наше умение со-творить с нашими мужчинами является залогом того, что мы создадим будущее.

Тот кризис, который переживает сейчас все человечество, это кризис жизнедеятельности. Привычки, установки, наш образ жизни, наши ценности. Я говорю о западном мире, куда весь развивающийся мир стремился переехать, потому что здесь сытно, тепло и мягко. Вот именно его сейчас и рушат. И разрушат, потому что он затратный.

***

Для того, чтобы этот кризис не превратился в цифровое варварство, нам надо идти назад к природе и к человеку будущего. Нам надо вернуться к своим человеческим качествам. Те технологии, которые произвел Запад, должны быть в нравственных, чистых руках, руках тех, кто будет заинтересован, чтобы это было социально справедливое общество для всех, а не для избранных. И это – возможно! Но для этого сначала надо подготовить человека. Поставить в центр человека, который будет частью живой природы, который будет хранить свою природу.

С одной стороны, перезагрузка мира необходима. Но если во время этой перезагрузки разрушат традиционные роли мужчины и женщины, и женщину заманят в этот механистический процесс, где она будет воинственной и разрушающей все что было построено мужчинами, то результаты могут быть очень плачевными для всех.

Но если женщины найдут в себе вдохновение заняться своим внутренним миром, а не выходить на тропу войны, то новый мир может создаться. Именно женщина может вдохновить мужчину на преобразования. Женщины зачастую недооценивают свою возможность вдохновлять, очищать и творчески перерабатывать будущее.

Очень интересно наблюдать, как женщина моделирует развитие сценария жизни. Если у нее есть дети, она обязательно будет говорить об образовании, о здоровье, о будущем. А если женщина бездетна, она находится здесь и сейчас, и у нее моделирования будущего нет. И такие люди сейчас в Европе находятся у власти. Они обрезают будущее, и обрезают его не только себе, но и всей Европе.

Я не говорю, что женщина обязательно должна рожать. Но если она не реализует себя в этом божественном качестве дарующей жизнь, то она идет протии своей природы. Так что у женщин сейчас есть шанс – вернуться к своей природе. Нам надо сейчас хранить свои традиции, нам надо сейчас напитаться любовью, как бы трудно это ни было. Общаться с природой, творить добрые дела, заботиться о себе.

Даже в цифровых форматах мы можем гармонизировать себя. Нам нужно только отключить страх, отключить это нагнетание ситуации, вспомнить, что мы – часть замысла Творца.

Послесловие. Тенденции, о которых говорит Ирина Мухина, очень тревожны. Поневоле начинаешь думать – а может, и хорошо, что наша страна не входит в список самых развитых и «продвинутых», где переформатирование человека идет полным ходом? Это дает нам шанс сохранить себя, свои истоки и традиции, шанс на то, что наши женщины останутся женщинами, а мужчины – мужчинами, как это дано нам природой. Но учитывая, что нас все больше и больше втягивают в евроатлантическую орбиту, вскоре этот шанс может исчезнуть.

Подпишитесь на нас в Telegram, если хотите знать больше

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter


Ещё
load